Как Владимир Путин с «дорогими подругами» цены на газ обсуждал. ВИДЕО

-

Читайте также

Владимир Путин пообещал американской журналистке поднять доходы россиян. По крайней мере так он обрисовал ей свою «главную задачу». Это случилось на энергетическом форуме. Потом он поехал к другим женщинам, на другой форум, где хозяйкой была Валентина Матвиенко, которая всех участниц называла «дорогими подругами».

Об этом пишет «Радио Свобода».

Возможно, самой дорогой из них была дочь Путина Мария Воронцова. «Не дорогих» (не своих) подруг на этот форум не звали.

Екатерина Енгалычева (КПРФ), депутат Московской городской думы, Марсель Салихов, президент Института энергетики и финансов, постараются объяснить, каким образом можно поднять то, чего не удавалось поднять 20 лет президентства В.Путина, а также прокомментирует качество его «газовых» ответов американской журналистке Хедли Гэмбл. Ведет программу «Лицом к событию» Елена Рыковцева.

Елена Рыковцева: С нами политик Екатерина Енгалычева и экономист Марсель Салихов. Марсель, мы вас форумом женским не будем мучить, мы его с Екатериной обсудим между собой, а потом перейдем к другому форуму. В первом форуме тоже присутствовал мужчина, буквально восемь девок, один я. Одна из девок была дочерью этого мужчины. Давайте посмотрим сюжет.

Елена Рыковцева: Начнем с того, что женщины бывают «дорогие подруги» и «не дорогие подруги». «Не дорогая подруга» вела второй форум – это была американская журналистка, про которую потом в федеральных шоу говорили, что она работает по методичке, она такая-сякая и бестолковая. Вообще все, что она делает – это воспроизводит какие-то стереотипы. Вы, в прошлый раз, когда мы с вами встречались, говорили, что вы молодежь на митинги уговаривали не ходить, чтобы те не подставлялись. Сами вы в итоге влетели в статью. Это значит, что на этот форум по-хорошему надо было приглашать вас, говорить о правах женщин, об их возможности проводить митинги. Я правильно трактую цели и задачи защиты женщин?

Екатерина Енгалычева: Абсолютно правильно. То, что звучит на форумах, конечно, красивые слова, громкие о мамах, которые тем временем не могут детей в школу собрать – не на что, не могут прокормить на те мизерные пособия, которые выделяются в нашей стране, работу очень часто не могут найти. То есть проблем у современной женщины, у мамы масса. Тем не менее, на каких-то красивых форумах красивые люди рассуждают красиво, а как живут люди, их особо не беспокоит. Вы абсолютно правы по поводу того, что права нарушаются мои как человека, как депутата, как политика.

Елена Рыковцева: Который был возмущен результатами выборов и не смог выразить своего возмущения без того, чтобы быть арестованным, осужденным.

Екатерина Енгалычева: Совершенно верно. Посмотрите, что у нас сейчас творится, никто не смотрит – женщина, не женщина вышла на пикеты или маску не надела в торговом центре, хватают за руки, за ноги, тащат, не задумываясь над тем, женщина это или мужчина. Посмотрите, что творится сейчас со средствами массовой информации, всех признают «иноагентами».

Елена Рыковцева: Все равны, женщины и мужчины, абсолютно. Избиваются на равных.

Екатерина Енгалычева: Это все красиво звучит, а на самом деле, как обстоят дела в нашей стране, мы с вами прекрасно видим и на моем примере. И любой женщины-мамы, которая не знает, как прокормить и вырастить своего ребенка. Потому что цены постоянно растут, а зарплаты при этом не увеличиваются.

Елена Рыковцева: Что-то никакой женщины «иностранной агентки» я не увидела на этом форуме, я только увидела женщину, которая говорит о том, что это хорошо и правильно объявлять нашу Светлану Прокопьеву и других коллег «иностранными агентами». Мне показалось, что права еще одной женщины были нарушены на этом форуме, потому что на Питерском форуме Владимир Путин выступал с обеими дочками, с Екатериной Тихоновой и с Марией Воронцовой, здесь мы видим только Марию Воронцову. Преемника что ли он выбрал своего, если у этой два очка, а у этой всего одно?

Екатерина Енгалычева: Не знаю. Это их личное семейное дело.

Елена Рыковцева: У вас подозрений никаких нет, что появится новый президент в виде женщины?

Екатерина Енгалычева: Не знаю.

Елена Рыковцева: Мы закончили с женской частью. Тут вообще не о чем говорить, потому что на этом форуме не было тех женщин, которые могли бы представить реальный отчет о реальном положении женщин в Российской Федерации. Мы переходим ко второму форуму, где тоже принимал участие Владимир Путин – это форум энергетический, это очень серьезный форум, в котором он объяснял, что совершенно напрасно западные партнеры Российской Федерации обвиняют ее в скачке цен на газ, на энергоносители в Европе. Я попросила бы сразу Марселя объяснить нам, откуда берется вот эта тема обвинений Российской Федерации в том, что по ее вине цены вдруг скакнули? У нее есть какая-то база или это просто общее неприятие России, если в кране нет воды, виноват, естественно, Владимир Путин?

Марсель Салихов: Действительно, довольно активно обсуждается эта тема в Европе, в том числе и на политическом уровне, что Россия манипулирует рынком, «Газпром» намеренно ограничивает поставки газа в Европу. Если смотреть на картину объективно, то даже независимо от того, что делает «Газпром», у текущего энергетического кризиса в Европе, когда цены на газ превышают тысячу долларов за тысячу кубометров, есть довольно много причин. Мне кажется, наиболее простое объяснение, если мы посмотрим на цены на газ в Азии, то они выше цен, которые есть в Европе, при этом там нет «Газпрома», он поставляет небольшие объемы, но в целом не является определяющим для азиатского рынка. Это говорит о том, что есть еще много очень факторов, много причин, которые привели к текущей ситуации.

По России основные обвинения связаны с тем, что в последние месяцы «Газпром» не увеличивал объемы поставок в Европу. Позиция «Газпрома» заключается в том, что у нас есть контрактные обязательства, мы их выполняем. Если вам требуется больше газа, обращайтесь, мы это рассмотрим, но мы не обязаны самостоятельно что-то делать. Действительно, у этой позиции есть рациональное обоснование.

Много разговоров про «Северный поток-2», про Европу и так далее, но, мне кажется, довольно важный фактор – это то, что происходит со спросом на газ внутри России. Потому что, допустим, для «Газпрома» все равно с точки зрения объемов основной рынок – это российский рынок. То есть они две трети примерно поставляют внутри, одну треть экспортируют. Понятно, что цены разные, но с точки зрения кубометров рынок российский гораздо больше. В этом году и в России очень сильно рос спрос на газ, была холодная зима, нужно было закачивать в подземные хранилища газ и так далее. Соответственно, есть сомнения в том, что у «Газпрома» есть какие-то большие свободные мощности, которые можно легко включить и направить газ в Европу. То есть какие-то возможности есть. Владимир Путин говорил на этом пленарном заседании о том, что в принципе мы готовы, но скорее всего готовы не так уж и много на самом деле для того, чтобы все решить, залить газ в Европу.

Елена Рыковцева: Журналистка, которая вела всю эту панель энергетическую, спрашивала Владимира Путина, а он там сидел как председатель «Газпрома» действительно, она ему говорит: вы используете газ как энергетическое оружие? Он говорит: да вы что, да вы с ума сошли? Вас этот вопрос не удивляет, может ли Россия пользоваться этим, как оружием?

Екатерина Енгалычева: Меня на самом деле больше удивляет немножечко другой момент, что нам по телевидению очень часто говорят о том, какие страшные страны НАТО, о том, как все плохо в загнивающей Европе, в том числе и раздутый конфликт. Тем временем в нашей стране, сколько людей, сколько россиян до сих пор не имеют газа, топят печки дровами, которые стоят больше, чем пенсия. Когда я слышу все эти проблемы, честно говоря, мне даже слушать противно.

Елена Рыковцева: Московский мой друг, у которого мама живет в Подмосковье, говорит: я должен каждый раз ее дровами запасать. Это под Москвой, что говорить вокруг. Почему так получается, что в своей стране никак?

Марсель Салихов: Я понимаю, что есть озабоченность по этому вопросу, особенно, если касается лично. Надо понимать, что объективно есть ограничения на газификацию. Условно говоря, мы возьмем какую-нибудь удаленную деревню, в которой живут 10 бабушек, они топят дровами, газ подвести туда – это будет стоить десятки миллионов рублей. Нужно ли это делать? На мой взгляд, это большой вопрос просто с точки зрения экономики. Может быть каждой бабушке дать по миллиону рублей, чтобы она топила дровами или чем хочет, но не заниматься самообманом, что если мы газ провели, то у нас все хорошо. Должна быть экономическая логика, должен быть оптимальный эффективный способ обеспечения всех граждан.

Елена Рыковцева: Я прошу вас не брать отдаленную деревню, я прошу вас взять Подмосковье, город Каргополь, большой центр, водопровода там нет, не то, что газа. Это касается никаких не отдаленных – это касается пунктов, в которых живет много людей, и они не так далеко.

Марсель Салихов: Я приводил это как условный пример. Все газифицировать невозможно, стопроцентная газификация экономически нецелесообразна. Есть много населенных пунктов, которые в принципе могут экономически целесообразным образом газифицироваться, там есть проблемы. Объективно «Газпром» достаточно мало тратил денег на внутреннюю газификацию. Если мы посмотрим за последние 10 лет, «Газпром» в среднем тратил миллиардов 30 ежегодно на газификацию внутри, при этом инвестиционная программа «Газпрома» превышала триллион рублей, то есть тратилось, условно говоря, 3-4% от всей инвестиций «Газпрома» на газификацию. Сейчас и «Газпром», и Владимир Путин услышали эти опасения, объективно «Газпром» будет увеличивать расходы. Они в прошлом году уже увеличили, если я правильно помню, миллиардов 60 потратили. Сейчас идет довольно большая активность по поводу того, что надо ускорять газификацию. «Газпром» создает единого оператора газификации, в регионах утверждаются программы, определяются те пункты, те объекты, в которых это имеет экономический смысл. Сейчас в ряде субъектов как раз идет разработка подобных планов. Я не хочу сказать, что все проблемы будут решены, через пять лет наступит счастье, по крайней мере, ресурсов в ближайшие годы тратиться на это будет больше.

Елена Рыковцева: Разработка планов должна утешить людей, которые живут без газа. Владимир Путин так ясно, так долго рассказывает, что мы ни в чем не виноваты. Андрес Кубилиус, премьер-министр Литвы бывший, сейчас депутат Европарламента, летит из Брюсселя в Вильнюс на выходные, поэтому не может принять участие в разговоре, пришлось его записать именно ровно с этим вопросом: в чем же дефект, в чем подвох со стороны Российской Федерации.

Елена Рыковцева: Я правильно поняла, что влияние «Газпрома» на европейский скачок цен еще будет исследоваться?

Екатерина Енгалычева: Он предполагает, что это, наверное, для того, чтобы как раз развивать внутреннюю газификацию в стране. Наивный человек. В принципе он правильно рассуждает, но если бы было так. Марсель, кстати говоря, приоткрыл завесу тайны, почему у нас не газифицированы многие деревни – потому что нецелесообразно. По всей видимости, и рассуждает наше правительство: нецелесообразно газифицировать в XXI веке, нецелесообразно дороги строить, нецелесообразно водопровод проводить, канализацию, да и вообще развивать деревни, города, страну развивать нецелесообразно. Лучше стянуть все в большие города, а деньги в офшоры. Миллиарды сейчас обнаруживаются в офшорах, недвижимость какая-то элитная у каждого высокопоставленного человека в нашей стране, все уходит за границу. Если бы так было, как рассуждает Европа, все средства вкладывались в нашу страну, к сожалению, все у нас иначе.

Елена Рыковцева: Последняя часть, где он предполагает, почему 20 евро в России и 200 евро в Литве цены, в 10 раз на энергоносители такая вилка происходит, он объясняет тем, что как-то субсидирует может быть правительство Российской Федерации своих граждан.

Марсель Салихов: Здесь все зависит от определения, что мы понимаем под субсидиями. Россию критикуют за то, что она предоставляет субсидии. Но мы только что говорили о том, что много проблем, многие граждане бедные, у них не хватает средств. Если сказать, что давайте мы откажемся от предоставления субсидий, тогда цены на предоставление энергии в России вырастут в несколько раз. Правильный ли это путь? На мой взгляд, нет. У нас цены на газ регулируются, они существенно ниже, чем в Европе. У нас сейчас внутренняя цена на газ в пределах 60 долларов за тысячу кубометров. В европейской части газ является основным источником для производства электричества. Поэтому если у нас цены на газ остаются низкими, то и цены на электричество будут низкими.

Здесь вопрос, нужно ли отказываться от субсидий? Мне кажется, что такие различия связаны не с тем, что есть у нас субсидии или нет, а с тем, что в том числе и в Европе очень высокие налоги. Весь «зеленый» курс и вся возобновляемая энергетика, по сути, финансируется за счет потребителей, то есть потребитель платит больше различных налогов, различных сборов и так далее. Поэтому получается, что потребитель оплачивает этот «зеленый» курс. Если все потребители согласны с этим, это некий общественный выбор, общество в целом поддерживает подобный курс, тогда нет никаких разговоров, все понятно. Но если общество не согласно, если они считают, что это слишком дорого, нужно что-то делать, тогда, видимо, нужно корректировать.

Елена Рыковцева: Вы говорите, что не является определяющей роль России, но она каким-то образом существует. Путин очень долго рассказывал: что вы к нам привязались, вы сами не заполнили свои хранилища. Мы в любую минуту готовы увеличить поставки газа, только если вы об этом попросите. Но в чем же тогда роль России в этом скачке?

Марсель Салихов: На мой взгляд, Россия особенно не помогла. Возможно, она могла бы сделать больше, но она этого не сделала. При этом скачок цен происходил по множеству разных причин, которые по большей степени не связаны с Россией. Андрес говорил про «зеленый» курс, про то, что Европа собирается снижать потребление газа, что это некая долгосрочная цель Европейской комиссии, которая ставится. Если мы поставим себя на место России, у нас есть ключевой покупатель, который говорит, что мы будем сокращать потребление газа. Понятно, что с точки зрения российского производителя, в том числе «Газпрома», зачем инвестировать в новую добычу, зачем развивать новые месторождения, если Европа говорит, что через 20-30 лет нам это все будет не нужно. Это в принципе рациональная стратегия. Если ваш ключевой покупатель говорит, что нам это будет ненужно, то мы и не будем развивать эту добычу. Сейчас у «Газпрома» нет супербольшого запаса, который может он легко поднять и перекинуть на Европу. Это, мне кажется, довольно рационально.

Елена Рыковцева: Я вычитала в ваших публикациях, что «Газпром» те деньги, которые побольше он получил из-за этого скачка, были направлены на те самые знаменитые 10 тысяч пенсионерам и 15 тысяч военным.

Марсель Салихов: У нас бюджет, условно говоря, большой мешок, в который что-то попадает, потом из него что-то вынимается. Эти деньги не окрашиваются. Нельзя сказать, что «Газпром» получил дополнительные деньги, ровно эти деньги были потрачены. Сейчас бюджет получает очень высокие нефтегазовые доходы за счет нефти и в том числе сейчас очень много за счет газа из-за этого скачка цен. У нас федеральный бюджет будет в профиците в этом году, он соберет налогов больше, чем потратит. Понятно, что когда бюджет в профиците, можно на что-то дополнительное потратить. Все эти меры в принципе связаны с тем, что власти чувствуют себя достаточно комфортно, что деньги есть, можно их пустить в том числе на такие цели.

Елена Рыковцева: Вы довольны, как распорядились этим неожиданным подарком?

Екатерина Енгалычева: Я считаю, что этот неожиданный подарок должен быть регулярным. Следовало бы повысить пенсии, которые получали бы каждый месяц, а не давать эти разовые подачки под выборы для того, чтобы проголосовали за того, за кого надо. Конечно, хорошо, когда направляются людям, но это должно быть на регулярной основе.

Елена Рыковцева: Я предлагаю послушать очень важный фрагмент диалога Владимира Путина с американской журналисткой, которая не наша дорогая подруга. Она спросила его о каких-то, видимо, глобальных вещах, а он отчитался ей о главной задаче своей, как он себе ее представляет через 20 лет своего правления.

Елена Рыковцева: Поразительные вещи происходят. 20 лет человек у власти, он дважды в одном монологе сказал, что нужно поднять доходы, и дважды сказал, что не за счет популистских мер. Можно ли поднять доходы за счет популистских мер? Что это за популистские меры могут быть?

Екатерина Енгалычева: Во-первых, очень удивительно и смешно слышать 20 лет одно и то же. Когда уже результат будет? Еще через 20 лет? То, что меры популистские, я не знаю, наверное, они называют популистскими мерами как раз то, что требуем мы – повышение зарплат, МРОТ, повышение пенсий. Наверное, это популистские. Хотя на самом деле это как раз не популизм, это то, что необходимо нашему населению. У нас за эти годы были самые высокие цены на нефть, на газ, можно было такую подушку безопасности создать. У кого-то дворцы, у кого-то миллиарды в офшорах, заграничная недвижимость, а в стране – надо, надо. Я считаю, что нужно четко давать поручения, что в течение такого-то срока обеспечить пенсиями такими-то или зарплатами. То есть должны быть сроки и конкретные задачи, тогда они будут исполняться. Даже в Советском Союзе были пятилетки, по итогам которых подводили итоги и ставили планы будущие. Нацпроекты не выполняются абсолютно, на них всем наплевать. Если ты президент, если ты получил нацпроекты, если их не выполнило правительство, значит правительство нужно в отставку отправить, новых людей набрать. А у нас все течет, как течет.

Елена Рыковцева: Он сказал, что главная задача – доходы наших граждан. Вы как эту цитат поняли, что он еще хочет сделать? Он хочет отказаться от популистских методов, а перейти к каким-то грамотным профессиональным мерам по подъему доходов. Можете нам как эксперт рассказать, как может правительство увеличить доходы граждан через 20 лет правления Владимира Путина?

Марсель Салихов: Владимир Путин сказал все правильно. Если мы послушаем эту цитату, я думаю, любой экономист с ней согласится. Я согласен с тем, что разговоры — одно, результаты – другое. С 2000 года по 2014 год реальные доходы граждан довольно сильно выросли. Доходы населения сокращаются последние 7 лет с 2014 года в реальном выражении. Это большая экономическая проблема, которая приводит к тому, что экономика находится в стагнации, с этим необходимо что-то делать. Мне кажется, такое мнение, что нужно поставить четкий план правительству, поднять пенсии за полгода в два раза, если они не выполнили этот план, то уволить их и назначить других – это упрощение, экономика так не работает, деньги сами ниоткуда не берутся. По сути, когда экономика стагнирует, откуда взять деньги? У нас есть два источника: либо нефтегазовые доходы использовать, но мы знаем, что цены на нефть падают, цены на газ падают, сегодня они хорошие, через два года будут низкими. Второй путь, как можно решать эту проблему, допустим, повысить пенсии. Допустим, повысить налоги, у нас ставка НДФЛ повышается с 13% до 26%, тогда мы поднимем пенсионерам пенсии в два раза, но при этом у нас все работающие граждане потеряют 13% от своих доходов. По сути происходит перераспределение от одних людей к другим. Какой-то долгосрочный вариант, как можно увеличивать доходы граждан, действительно, увеличивать темпы роста экономики. Проблема в том, что экономика растет очень медленно, у нас средние темпы роста ВВП за последние 10 лет 1%. Если бы они были 3%, как в среднем растет мировая экономика, то возможностей для роста доходов, для повышения пенсий и так далее было бы гораздо больше. Цель, на мой взгляд, поставлена абсолютно правильно, но у меня как у экономиста есть большие сомнения в том, что те инструменты, которые используются сейчас, могут действительно объективно привести к достижению этой цели повышения темпов роста ВВП. Эффективность государственных компаний, государственного сектора достаточно низкая. Повышать темпы экономического роста можно в первую очередь за счет частного бизнеса, за счет частной инициативы. Но об этом у нас не говорится, у нас инструменты – различные механизмы государственного вмешательства. Государство объективно работает неэффективно, распределяет ресурсы неэффективно, поэтому темпы роста не увеличиваются.

Елена Рыковцева: С какой стати темпы роста увеличатся? Американская журналистка спросила: какая у вас главная задача? Путин так ответил, что главная задача увеличить, он это проговорил. Я никак не могу уловить практического применения этой формулы: наша главная задача увеличить, для этого нужно подстегнуть экономику, но не популистски.

Екатерина Енгалычева: Хорошую мысль люди сейчас озвучили: каким гражданам он доходы поднимет? Может быть он говорил не обо всех, а о небольшом круге людей. Мы с вами видим прекрасно и в 2020 ковидном так называемом году, и в 2021-м, у нас увеличивается количество миллиардеров, увеличивается их состояние. Может быть о них речь?

Елена Рыковцева: Он говорит – доходы населения. Он какое население имеет в виду? Может быть действительно мы зря обобщаем.

Марсель Салихов: Я думаю, здесь речь идет о показателях реальных доходов населения, которые считает Росстат. Реальные доходы – это означает, что за вычетом инфляции. Если у нас инфляция растет быстрее, чем номинальные доходы, тогда реальные доходы снижаются. Соответственно, по Росстату реальные доходы снижаются с 2014 года. Можно критиковать Росстат и так далее, но это то, что сейчас публикует Росстат. Я думаю, что он имеет в виду как раз то, что у нас реальные доходы населения должны начать расти. У него не было каких-то цифр, насколько расти, на 2-3% ежегодно, но речь идет об этом. Соответственно, это касается всех граждан.

Елена Рыковцева: Я знаю, что делать – надо поменять главу Росстата, вся проблема решается.

Марсель Салихов: Понятно, что если какой-то показатель становится целевым, то возникают большие стимулы манипулировать этим показателем – это известная проблема. Других альтернатив особенно нет. Россттат не должен манипулировать статистикой, он должен быть независимым. С точки зрения управления у тебя должен быть все равно какой-то индикатор, какое-то мерило, как ты его оцениваешь. Ты можешь подкрутить показатель, сделать вид, что мы цели выполнили, но с точки зрения Владимира Путина, я думаю, что для него важно не то, что показатель подкрутили, а что действительно граждане получали больше денег, соответственно, можно рассчитывать, что его популярность может вырасти из-за этого.

Елена Рыковцева: Мы поняли, кто главный в стране.

Как сообщала группа «ИС», Путин продвигает в РФ интересы нефтедобытчиков Китая.


Информация – одна из граней войны! Подписывайтесь на аккаунт «Информационного сопротивления» в Twitter – ссылки на наши эксклюзивы, а также самые резонансные новости Украины и мира.

загрузка...

Свежее

Беларусь может помочь Путину с организацией повода для атаки на Украину — СМИ

Задержание "украинских шпионов и террористов" в России многие уже описывают как некий эпизод "Гляйвиц", который может стать поводом для...