Пульт личности: о рационе кремлевского маньяка

-

Читайте также

В ООН призвали списать долги бедным странам: детали заявления

Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш призвал списать долги бедным странам или отсрочить их погашение до конца 2021 года. Об...

Инфляция в РФ: инвесторы готовятся к худшим сценариям

Инвесторы массово интересуются российскими государственным бумагами с защитой от инфляции. Об этом говорится в сообщении издания Finanz. Спрос на 10-летние...

УПЦ МП програла всі суди проти громади ПЦУ в селі на Вінниччині: подробиці

Українська православна церква Московського патріархату програла черговий суд проти реєстрації громади ПЦУ у селі Новоживотів у Вінницькій області. Про...

В воскресенье, 2 сентября, в эфире российского государственного телеканала «Россия 1» вышел первый выпуск еженедельного отныне шоу Владимира Соловьева под названием «Москва. Кремль. Путин», полностью посвященного прославлению бессменного президента России. Было показано, как Путин ест, дышит, ходит, стоит, сидит, летает и плавает, пока, правда, при помощи самолета и катера, а не самостоятельно, и как он непрерывным потоком изрекает мудрые мысли. Появление шоу совпало по времени с крайне непопулярной пенсионной реформой, с ростом НДС с 18 до 20 процентов, и с падением рейтинга Путина с 80 до 65 процентов. Впрочем, и 65% — это очень много, так что говорить о прозрении россиян явно рановато.

Путин, по российской традиции, был показан неутомимым, всемогущим и радеющим о народе: он быстро, как таракан по глобусу, перемещался между часовыми поясами, он спас пенсионерок, снизив дополнительную «восьмерочку» до пенсии, наброшенную было Госдумой, до гуманного «пятерика», он смотрел, как живет Сибирь, где побуждал местные власти обращать внимание на нужды людей, и общался с детьми в Сочи, где пообещал, что все стадионы, построенные для олимпиады, отдадут им.

За время шоу зрителям сообщили, что Путин любит детей, и взрослых людей, а также разных животных. В те редкие минуты, когда Путин их не любит, он занимается спортом, ежедневно плавая час в бассейне и пробегая километр. На отдыхе в Туве Путин прошел в гору целых 8 километров, нашел воду и сварил чай из местных трав.

Российские соцсети разразились скептическими репликами, правда, осторожными, поскольку пять лет за неудачный пост и два года за неуместный лайк в России сейчас дают с неимоверной легкостью. Тем не менее, новую передачу Соловьева, которого, в отличие от Путина, критиковать пока еще можно, обозвали «ленинианой», оговорившись при этом, что восславление Ленина, Брежнева и даже Сталина, никогда не было таким глуповато-льстивым. Это, к слову, правда. Действительно, не было.

Но говорить о провале шоу было бы самонадеянно — оно просто обречено на успех по причине особенностей русского и российского самосознания, из поколения в поколение балансирующего между самоотрицанием и самолюбованием. Это балансирование без остатка поглощает энергию россиян, вытесняя все виды социальной активности, способной реально повлиять на ситуацию. Снисходительно глядя на чужую суету сверху вниз, как на занятие явно бесполезное, типичный россиянин занят рефлексией над вечными вопросами русского бытия: кто же виноват в окружающих его грязи и бардаке, и что же теперь со всем этим делать? Эта философская активность сакрализирует его право тотально бездействовать, упиваясь несовершенством мира и своим собственным, и утешаясь тем, что он «не хуже других» — не подлее, не агрессивнее, не глупее и живет в не большей грязи, чем вон те, через границу, прямо напротив. Зачастую это неверно, поскольку по сумме всех позиций россияне неизменно выходят худшими. Но утешившись частными сравнениями, они обретают уверенность в своем праве не делать ничего для того, чтобы что-то исправить.

В этом и заключен феномен русского восприятия мира: да, все хорошее «просрано», да, впереди — тотальная катастрофа и полная безнадежность, но нас, во-первых, все боятся, во-вторых, дедывоевали и вкосмослетали, в-третьих, если мы встанем с колен — мир содрогнется, поскольку см. во-первых, а мы, встав, сможем все, встанем же мы сразу, как только этого захотим, и в этом заключено Величие России.

Тут самое время вспомнить, что концепция Москвы — Третьего Рима, как доктрина российской исключительности в явном виде, была впервые сформулирована старцем Филофеем в конце 1523 — начале 1524 гг. в двух письмах, которые он направил дьяку Михаилу Мунехину и великому князю Московскому Василию III Ивановичу. В письме к Мунехину Филофей рассуждал о летоисчислении и движении небесных тел, а письмо князю содержало поучения о правильном совершении крестного знамения, и обсуждение причин привлекательности мужеложества. Очевидно, что ключевые проблемы, волнующие российское общество, нисколько с тех пор не изменились.

Этот российский психологический выверт неизменно гарантирует любовь россиян ко всякому активному проходимцу, появляющемуся из ниоткуда, в стиле «Deus ex machina», или выкатывающегося нежданным роялем из загаженных кустов, и обещающего решить за россиян, без явных усилий с их стороны, большую часть докучающих им проблем. Россияне легко клюют на любую наживку такого рода, главное при этом не требовать от российского стада брать на себя ответственность ни за прошлые грехи, ни за будущие решения, а, напротив, решительно избавлять его от бремени всяческой ответственности и решений.

Именно на этом и строилась всегда российская, советская и снова российская, пропаганда, и именно в этой точке российская смесь самоотрицания и самолюбования переходит в фанатичную любовь к вождю.

Все остальное — лишь детали, небольшие дозы приправ, умело добавленные в пропагандистское варево, вроде френчей Соловьева сталинского фасона, пошитых, кстати, в Австрии. Впрочем, если приглядеться, то ни на Путине, ни на его окружении мы не обнаружим ничего, изготовленного в России, кроме, разумеется, апломба и «духовности». И это тоже верный шаг, поскольку средний россиянин презирает все российское не меньше, чем Киселев. Он одевается в вещи, изготовленные на бездуховном Западе, пользуется смартфоном из еще более бездуховного Китая, смотрит шоу о российском величии на экране телевизора родом из Южной Кореи, ездит в отпуск куда угодно, только не в Россию, и при первой возможности вывезет из нее детей. Вместе с тем, правильно подобранный фасон френча рождает у россиянина, где-то на уровне подкорки, ностальгические воспоминания, о «порядке» и «вкусном пломбире».

И то, и другое, разумеется, миф. Порядка ни в СССР, ни в России никогда не было, его заменял террор и всеобщий животный страх, уравновешенный ленью и безответственностью. А вкус мороженного, изготовленного по упрощенной и выхолощенной, исходя из убогих российских возможностей, американской технологии, закупленной в США в середине 30-х, томатный сок и докторская колбаса, да впрочем вся российская промышленность родом оттуда же — неизменно был скверным, просто другого вкуса в Союзе не знали. Но россиянину рассказали о порядке и вкусе на предыдущих шоу, и он свято в них верит.

Иными словами, очередное шоу Киселева есть естественное движение российского социального маятника в сторону максимального низкопоклонства перед очередным вождем. Достигнув максимального отклонения, этот маятник качнется назад, после чего россияне вдруг обнаружат, что очередной спаситель, вождь и отец, был никаким не отцом, а редкостным негодяем, и, поскольку маятник продолжит свое движение в противоположную сторону, миновав низшую точку, займутся поисками очередного вождя, которого, конечно же, обретут. Никаких уроков из прошлого они не извлекут, во всяком случае, как минимум шесть веков все социальные перемены в России развивались по одному и тому же сценарию.

И еще одну легенду нам придется развеять — легенду о том, что все диктаторы заканчивают плохо. Это не так. Кто-то, конечно, иной раз и заканчивает скверно, как это случилось с Гитлером, Муссолини, Чаушеску, Каддафи, Хуссейном, но все это скорее исключения, чем проявления общего правило. В большинстве же случаев диктаторы спокойно доживают до смерти, выводя за рубеж капиталы, достаточные для безбедной жизни их потомков. Потомки Сталина и Хрущева живут в США и устроены превосходно, как и не снилось большинству россиян. Уго Чавес, превративший Венесуэлу в голодную пустыню, обеспечил жизнь своих детей и родни на много поколений вперед, и скончался окруженный любовью и обожанием. Чавес, кстати, тоже был не дурак попиариться на телеэкране, и организовал шоу «Алло, президент», в котором любой житель Венесуэлы, по крайней мере, теоретически, мог пожаловаться ему на жизнь, рассказать о своих проблемах и получить ценный совет. Покойный Мао до сих пор окружен в Китае всеобщим поклонением. Родня Кастро чувствует себя просто превосходно.

Словом, за диктаторов переживать не стоит. Скверно заканчивают обычно те, кто верит их обещаниям и поклоняется им, а не свергает их. Но, поскольку россияне никогда не знали иной жизни, то любое падение в яму неизменно и с успехом преподносится им как очередное «вставание с колен». Многие их них этому верят. Собственно, верят почти все. Потому, что жизнь «раба божьего» россиянам близка и понятна, так жили их родители и деды. И по-другому жить они просто не умеют, да и не хотят.

И последнее. Именно по социальной границе, проведенной между поклонением диктатору и его свержением, проходит черта между Россией и Украиной.

Секция «Дельта» группа Информационное Сопротивление

загрузка...

Свежее

Россия упустила возможность для дестабилизации США, – аналитик

Российским спецслужбам не удастся усилить общественное противостояние в США, так как после завершения президентских выборов конфронтация в американском обществе...

Власти РФ заставят производителей устанавливать российский софт на все телефоны и компьютеры

Правительство Российской Федерации утвердило порядок предустановки местного программного обеспечения на гаджеты, продаваемые на территории страны, сообщает Telegram-канал "Раньше всех. Ну почти". Отмечается, что российское ПО...

Война в Афганистане: какие угрозы таит альянс Талибана и Аль-Каиды

Поскольку Талибан и Аль-Каида всегда сотрудничали и координировали свои усилия, было бы ошибкой считать, что Талибан является силой в Афганистане, которая может создать сильную...