Прощай, «Академик»

-

Читайте также

3 февраля на Майдане Независимости попрощались с 37-летним буковинцем лейтенантом Леонидом Дергачом

Проклятая война… Во время очередного обострения боевых действий в районе Авдеевки за несколько суток мы потеряли нескольких наших соколов. Невыносимо больно, когда один миг, один снаряд или пуля перечеркивают надежды, мечты и будущие хорошие дела людей, не лиц, а личностей. Украина оплакивает своих защитников, прощается и хоронит их тела, но ни в коем случае — не память о них…

На Майдане Независимости 3 февраля побратимы, близкие, военные и обычные киевляне, гости столицы провожали в последний путь 37-летнего буковинца лейтенанта Леонида Дергача — настоящего офицера, командира, отца, педагога и патриота. Этого сокола сбил на лету осколок снаряда из вражеского «Града». У многих присутствующих была своя причина сказать ему: «Прости!». И у меня тоже. Прости, дорогой друг, что когда накануне новогодных праздников приезжал в твою славную 72-ю бригаду и собирал материал о ней, говорил со многими воинами, но не добрался до тебя, что провидение не свело нас и приходится писать о тебе в прошедшем времени. Прости нас всех за то, что гибнут лучшие, среди них и ты. Ты оставил преподавание права на юрфаке Черновицкого университета, свою юридическую практику, отложил на потом написание докторской диссертации, чтобы сменить учебную аудиторию на окопы, где твоими студентами стали такие же юноши, но с автоматами в руках. Ты был доцентом, а стал «Академиком» — именно это твое фронтовое имя и почти звание, как оказалось, не требует скучной академического защиты и написания множества бумаг. Увы, но тебя больше не увидят двое твоих сыновей-соколов.

Военный оркестр начинает играть самую печальную мелодию в мире. Люди на площади выстраиваются, самоорганизуются, создавая коридор для процессии с гробом. Плачут почти все. Кто-то сдерживается и сжимает от горечи потери кулаки и стискивает зубы. Побратимы не успели оправиться от траура по семи павшим товарищам из белоцерковской механизированной бригады, бойцы которой держат оборону в промзоне Авдеевки. И вот они снова клянут оккупанта, ибо их Лени уже нет в живых. Наверное, на небесах только сейчас поняли, какого человека не уберегли, и щедро поливали окропленную кровью героев Небесной сотни киевскую землю и принесенные живые цветы обильным, но холодным дождем прощания. Стоя на коленях, как и все, мимо кого несли героя, я словно ощутил отголоски Майдана, горячее дыхание горящих шин, крики десятков тысяч людей, что замерзали под таким же февральским дождем, но не сдавались…

— Андрей Кизило, Владимир Бальченко, Дмитрий Оверченко, Владимир Крыжановский, Леонид Дергач — это люди с одинаковым складом характера: смелые, храбрые, образованные, порядочные. Офицер вообще по определению не может быть непорядочным. И украинская армия сейчас держится именно на таких людях, — говорит заместитель комбрига. — Гибнут лучшие.

— Золотой, добрый человек ушел от нас. Я десять месяцев служил с ним от самого начала мобилизации на одной из отдаленных позиций, названной за это «Кубой». Он имел значительный опыт, ибо на фронте был с четвертой волны, а я из последней — шестой, — говорит Игорь Шевченко, позывной «Археолог», старшина запаса, по образованию историк, сейчас работает на одной из криворожских шахт. — Дергач умел беречь людей, а Бог хранил всех нас. Как-то мы втроем подорвались на растяжке: я, командир и еще один боец. Каким-то чудом Леня, падая, успел руками отбросить на несколько метров от эпицентра взрыва побратима Сергея. Мы встали и удивились, что не только живы, но и невредимы. В свое время удалось взять свыше 350 метров «серой» зоны, на которой был курган, очевидно, скифский. И когда бойцы начали рыть блиндаж, то наткнулись на захоронение. Леня остановил работу и дал двое суток, чтобы я провел раскопки так, как меня учили в институте. И сказал: «Война войной, а историей надо заниматься. Хочу, чтобы наши дети ходили в украинские музеи, чтобы ни один артефакт не попал во вражеские руки!»… У нас возникали ожесточенные дискуссии по разным вопросам, и он всегда свою позицию обосновывал как юрист. К нему бойцы и офицеры обращались по юридическим вопросам. Леня давал, как он говорил, бесплатные консультации и постоянно иронизировал по этому поводу. Знаете, он воевал ради детей, потому что часто говорил, что мечтает о лучшей жизни для нынешней молодежи в целом и двух собственных сыновей в частности. У Лени было много планов. Мы часто мечтали о наступлении мира, представляли, как громко будем это отмечать — дома, в кругу друзей. И будем вспоминать окопы и обстрелы, как страшный сон и как сделанное большое дело одновременно. Никто не думал, что так получится…

Очевидно, что один из реализованных замыслов Леонида Дергача пополнит учебники по военной тактике. Вместе с единомышленниками он разработал план закрепления на высоте неподалеку Старогнатовки. Средь бела дня на холм вышли с лопатами несколько мужчин в штатском и начали копать на его вершине. Остальные бойцы спрятались в засаде. Тогда из перехваченных разговоров врага уловили, что противник считает, что это работают работяги-связисты, ремонтируя перебитый кабель. «Работяги» до утра выкопали укрытие, притащили сюда защитный бронированный колпак и накрыли сверху. Впоследствии там уже находилось достаточно бойцов бригады, чтобы превратить курган в опорно-наблюдательный пункт. Эту позицию сразу красноречиво назвали «Наглой».

Сергей с позывным «Батя» не прячет от зимнего дождя оселедец на голове. Это признак смельчака. Таким  и есть бывший командир соседней с «Кубой» позиции «Штык».

— Начинал с Леонидом эту войну еще с полигона учебного центра под Львовом. Там с земляком прошли выучку, спали в одной палатке, попали в 72-ю бригаду под Волноваху. Я в восьмую, а он — в девятую роту. Леня в свое время служил в областном Управлении борьбы с организованной преступностью,  в спецподразделении «Сокол» (в 2000-м окончил Национальную академию внутренних дел. — Авт.) и знал многое из того, что может пригодиться военному человеку. Мы вместе демобилизовались, но Дергач вернулся и подписал контракт с ВСУ. Я с ним виделся в госпитале в Черновцах — тогда Леня упал с БМП и поломал ребра. Это была первая его неприятность из ряда подобных. А иначе у отважного и смелого казака, который не прячется за чьими-то спинами, не бывает. Но о других неутомимо заботился. Говорил мне о младших: «Батя, присмотри за этими «шнурками», слишком уж они горячие». Теперь вот нас всех здесь в последний раз собрал…

Церемонию прощания вела пресс-офицер бригады Елена Мокренчук. Ей это было делать очень трудно и больно, поскольку Дергач был одним из ее лучших друзей. А еще накануне, 2 февраля, в промзоне погиб ее племянник — боец 72-й бригады Роман Климов, воевавший вместе с Леонидом Валентиновичем.

— Когда последний раз с ним виделись, он должен был переезжать под Авдеевку, — эмоционально говорит Елена Мокренчук. — Он спросил: «Лена, приедешь на мои новые позиции?» — «Конечно», — ответила утвердительно. Но не успела, вражеская сволочь лишила его жизни. Леня был уважаем в Черновцах, добровольно оставил все это, пошел защищать свою землю и отдал за нее самое дорогое… С удовольствием приезжала к нему в гости на «ноль», ибо с ним было интересно общаться, он был замечательным собеседником. Когда мы не могли понять, что вокруг происходит, он раскладывал все по полочкам. Его любили волонтеры, журналисты и бойцы, многих из которых он научил, как правильно жить.

Заметим, что Леонид Дергач после демобилизации вернулся в Черновцы и попытался продолжить работать в университете. Но не смог оставить побратимов, подписал контракт и вернулся на войну. В звании лейтенанта командовал взводом, потом ротой. Посмертно награжден орденом Богдана Хмельницкого III степени. Покойся с миром, наш герой! И еще раз прошу: прости…

Геннадий Карпюк, «Народная армия»

загрузка...

Свежее

В Ливии атакован отель со штаб-квартирой Президентского совета

Группа вооруженных людей атаковала отель «Коринтия» в Триполи, где находилась штаб-квартира Президентского совета Ливии, сообщил телеканал Al Arabiya со...