Я нечасто пишу на сугубо политические темы. Основной акцент моей работы и работы всей группы ИС не меняется уже 5 лет – это сфера национальной безопасности и обороны. Именно через призму этой проблематики мы рассматриваем ход и возможные результаты выборов.

В чем мы видим главную опасность, которая теоретически может возникнуть? Это — опасность возвращения в ситуацию 2014 года.

Вспомните. Пять лет назад Украине пришлось в очень сжатые сроки и в крайне неблагоприятных условиях пусть и не полностью с нуля, но фактически заново создавать систему нацбезопасности и обороны. Ибо та система, которую мы имели, за исключением очень немногих элементов, была фактически мертва. Многие решения принимались «с колес», методом проб и ошибок.

Я сейчас оставлю за скобками субъективные факторы и разнообразных свинарчуков. Суть в том, что многое объективно приходилось делать без готовых рецептов, в цейтноте, при дичайшем дефиците всего и активном противодействии инфильтрованых агентов Кремля во всех оборонных структурах.

За пять лет, несмотря на очевидные трудности и проблемы (поверьте, я смотрю на ситуацию без розовых очков) удалось добиться важных изменений на системном уровне. Пройден определённый путь. В частности, впервые за годы независимости создана линейка – не абстрактных, а привязанных к реальности — документов оборонного планирования, в которых четко зафиксирована цель – реформирование сектора национальной безопасности и обороны в соответствии со стандартами НАТО. Большинство этих документов рассчитаны на период до 2020 г.

Т.е., в следующем году основная масса преобразований должна быть завершена. Какие-то из обозначенных целей будут достигнуты в срок, по ряду направлений есть серьезные пробуксовки, не смотря на все бравурные заявления военного руководства. Но вектор – однозначный.

Весной 2020 г. в Киеве должна пройти сессия Парламентской Ассамблеи НАТО, что станет хорошей площадкой для подведения итогов и анонсирования следующей цели – перехода на новый уровень интеграции. Одним словом, в нынешнем году предстоит очень много кропотливой работы. Ответственность за которую ложится на высшее военно-политическое и военное руководство. На конкретных людей, которых можно критиковать, которым можно и нужно помогать, с которых, в конце концов, можно требовать отчета за результат или отсутствие такового.

Но что мы имеем ? Лично у меня нет ни малейших представлений о том, что думает о реформировании сферы обороны кандидат, получивший наибольшую поддержку в первом туре. А ведь полномочия в этой сфере нельзя делегировать ни премьер-министру, ни спикеру, ни самым распрекрасным советникам, как бы красиво они не выступали от имени своего босса. Это — прямая ответственность президента. Это – его кадры и его решения.

Не знаю, как у вас, а у меня создается устойчивое впечатление, что по состоянию на сейчас в команде лидера гонки решения по оборонным вопросам – и кадровые, и концептуальные — генерируются экспромтом. Мы можем (и должны) критиковать нынешнего Главковерха за определенные назначенные им кадры – но мы хотя бы видим эти кадры и можем оценить их деятельность. Мы видим конкретные документы-ориентиры и понимаем, в каком направлении движется реформирование сферы нацбезопасности и обороны.

Того же, чего нет, анализировать нельзя. И это – в воюющей стране.

Как бы то ни было, учитывая нынешние предвыборные расклады, в управленческом плане сильна угроза повторения ситуации 2014 года. Москва от такого подарка не откажется и наверняка устроит стресс-тест для выявления точек, где можно Украину «продавить».

Более того, если открыть программу кандидата, то в ней можно обнаружить такой удивительный пассаж: «Рух України до НАТО та інших подібних об’єднань — запорука нашої безпеки, в яку я вірю, та яка повинна отримати підтвердження через всеукраїнський референдум». Многие отреагировали на слова о референдуме, но у меня другой вопрос – о каких «інших подібних об’єднаннях» идет речь? Другое «подобное объединение», куда Украина теоретически может двигаться – это ОДКБ (в самом деле, мы же не собираемся прикинуться, например, южноазиатской страной и возродить Манильский пакт, гордо шествуя во главе СЕАТО-2?). Т.е. Украину хотят вернуть к практике многовекторности? Мы это проходили, результаты известны – потеря контроля над территориями и смерти тысяч украинцев.

Далее. Просто удивительно выглядит ситуация с кадрами. Кандидат в президенты прячет людей, которые у него якобы заготовлены для назначения на руководящие посты в сфере обороны и безопасности, чтобы их не «увели». Просто вдумайтесь. Если верить этому кандидату, то он рассчитывал назначить руководителем оборонного ведомства другого кандидата в президенты (о существовании которого, надо полагать, узнал в ходе выборов). Не вышло. Что теперь? Кастинг в главнокомандующие? Наберут по объявлению?

Всё выглядит так, будто и не было этих 5 лет. Не было пота, крови, жертв, беженцев. Тогда как без четкой и очень конкретной позиции Верховного Главнокомандующего никакие реформы завершены не будут. Общими фразами тут не отделаешься.

В связи с чем алгоритм действий для группы ИС очень простой – я об этом писал ранее. Если результаты голосования будут соответствовать данным последних соцопросов, то после 21 апреля в плане противодействия внешнему агрессору для нас не изменится ничего. Россия по-прежнему останется врагом, а её пособники в Украине – пособниками врага. Возможно, мы предпримем дополнительные меры, чтобы защитить наших людей в Крыму и на оккупированной части Донбасса.

Что касается ситуации внутри страны – мы будем внимательно следить, чтобы не было поползновений навязать капитуляцию под видом «мира». И действовать адекватно. Всё, что будет в наших силах – мы сделаем.

Координатор ИС Дмитрий Тымчук