Последние недели ленты новостей переполнены воодушевляющими сообщениями из военно-технической сферы. Главным событием стал перелет нашей «Мрии» в Австралию, вызвавший фурор в Европе и на «зеленом континенте». Он напомнил украинцам о «былом величии» и воодушевил на новые подвиги.

До этого были победные реляции из Индии, где Украина договорилась о долгосрочном и многоплановом сотрудничестве с индийской компанией Reliance Defence Ltd.

Ключевое соглашение касается совместной разработки и производства многофункционального транспортного самолета средней грузоподъемности. По замыслу в течение 15 лет должно быть выпущено 500 машин на сумму $5,3 млрд., из которых 200 предназначены для военно-транспортной авиации Индии, а 300 – для гражданских целей.

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102654″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»367″,»width»:»650″}}]]

Победа в том, что соглашение касается украинского самолета АН-178, хотя 8 лет назад индусы достигли подобных договоренностей с Россией на постройку перспективного самолета Ил-214. Но у россиян что-то пошло не так, и даже прототип нового Ила еще не создан. А разработка концерна «Антонов» вполне осязаема. Добавим, что в феврале 2016 г. «Антонов» подписал контракт о строительстве завода в Саудовской Аравии для кооперационного производства АН-132.

Помимо этого николаевский завод «Заря-Машпроект» (г. Николаев) – один из лидеров в производстве газотурбинных двигателей в мире — подписал контракт на переоборудование маломерных судов индийского ВМФ.  В рамках соглашения будут поставлены силовые установки для флота, а в скором времени начнется программа капитального ремонта двигателей, которые уже эксплуатируются на индийских кораблях.

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102655″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»433″,»width»:»650″}}]]

Также с индусами договорились о сотрудничестве в сфере поставок бронетехники и других вопросах ВТС.

Немногим ранее в ходе выставки «Defence Services Asia» значительный интерес к совместной деятельности проявили военные власти Малайзии, которых заинтересовал широкий спектр ВВТ – от  катеров до танков.

Эти сообщения появились на фоне оптимистических новостей концерна «Укроборонпром», заявившего о рекордных производственных показателях по итогам первого квартала 2016 г. Также было заявлено, что в 2015 г. концерн заключил экспортных контрактов на $1,3 млрд. Среди 20 млрд. грн. дохода в минувшем году, 7 млрд. были заработаны на контрактах Минобороны Украины.

В контексте этих новостей в очередной раз возник вопрос – какова ситуация на самом деле? Потому что обстановка в сфере ОПК с момента фактического разрыва отношений с Россией постоянно находится в эпицентре информационной войны, искажающей картину. Тезисно обозначим основные позиции.

Избегать крайностей

Если провести беглый анализ СМИ, то четко видны две полярные позиции. Российские пропагандисты и их единомышленники в Украине в один голос утверждают, что украинский ОПК скоропостижно и в муках скончается. Уже вот буквально завтра.

Напротив – «патриотические» медиа и блогеры Украины утверждают, что разрыв с Кремлем позитивно сказывается на отечественной оборонке, а дальше будет еще лучше.

В связи с чем сделаем несколько ремарок.

Обширные спекуляции на тему «гибели украинского ОПК» впервые появились в апреле 2014 г., когда в ходе предвыборной гонки политики начали делать заявления о невозможности сотрудничества с оккупантом. Тогда (про)российские СМИ просто захлебнулись от драматических прогнозов.

Вторая волна «гибельной» истерии случилась в мае 2015 г., когда Кабмин прекратил действия ряда соглашений в сфере ВТС с Россией. Это был, скорее, формальный жест, потому что к тому моменту сотрудничество и так было практически свернуто.

На эту тему высказался даже сам В.В.Путин, заявивший, что разрыв с Россией поставил украинские предприятия на грань банкротства. В ответ он получил очередную порцию насмешек от Секретаря РНБО Александра Турчинова, который обратил внимание на неадекватность российского вождя: кремлевские агенты годами разваливали украинскую оборонку, но теперь много лет простаивавшие заводы получили заказы и оживают. Видимо, именно это, по мнению Турчинова, и взбесило обитателей Кремля.

Объективности ради надо отметить, что разрыв отношений в краткосрочной перспективе – это всегда кризис. И российская пропаганда била в самые слабые места. Их было несколько.

Во-первых, это концерн «Мотор-Сич», который является лидером по производству двигателей для авицации. Порядка 90% экспорта продукции предприятия ранее направлялось в Россию. Именно поэтому завод до последнего старался сохранить контакты, прибегая к различным способам маскировки (поставки через Беларусь, поставки формально «гражданской» компании и т.д.).

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102656″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»224″,»width»:»650″}}]]

Потеря российского рынка вначале действительно выглядела как катастрофа. Однако постепенно ситуация не то чтобы окончательно стабилизировалась, но обрела перспективу. По итогам 2015 г. концерн заработал 3,7 млрд. грн. чистой прибыли. В 2014 г. чистая прибыль составила 1,5 млрд.

В  марте 2016 г. заместитель генерального конструктора корпорации Леонид Пирогов весьма оптимистично отзывался о перспективах завода, отмечая, что ставка на развитие собственного вертолетостроения в Украине создает возможности для «Мотор Сичи».

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102657″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»225″,»width»:»650″}}]]

Помимо внутренних заказов, «Мотор Сич» наладила связи с Китаем (речь идет о постройке завода по производству двигателей типа ТВ3-117 для вертолетов). Интерес к двигателям проявляет Индия. В частности, на самолетах АН-178 штатным двигателем будет агрегат Д-436-148ФМ, который разрабатывают совместно «Мотор Сич» и ГП “Ивченко-Прогресс”.

Отдельный вектор – сотрудничество с Польшей. «Мотор Сич» разрабатывает новую версию двигателя МС-500В-03 для вертолета PZL W-3A Sokół  (предприятие PZL-Świdnik, входит в структуру итальянской компании Leonardo). Также варшавский Instytut Techniczny Wojsk Lotniczych выбрал запорожский двигатель для легкого многоцелевого военного самолета Grot-2, над которым сейчас трудятся конструкторы.

Таким образом, «Мотор Сич», оказавшись в крайне сложной ситуации, пытается найти выход. И благодаря качеству продукции, скорее всего, его найдет.

Во-вторых, крайне уязвимым оказался упомянутый завод «Заря-Машпроект». Ситуация с ним была точно такой же – 70% продукции направлялось в Россию, львиная доля уже заложенных или запроектированных кораблей ВМФ РФ рассчитывала получить газотурбинные двигатели из Николаева. Предприятие оказалось в состоянии стресса, от которого полностью не оправилось до сих пор. Однако контракты с Индией сохраняют перспективу для завода. В 2016 г. «Заря» планирует вложить более 160 млн. грн. в обновление парка станков.

В-третьих, под удар попал лидер отечественного ракетостроения — «Южмаш» (г. Днепр).  На этом предприятия ситуация была хуже всего, рабочие несколько месяцев не получали зарплаты. Снижение количества заказов ставило предприятие на грань остановки. В парламенте рассматриваются несколько законопроектов, нацеленных на спасение завода. В качестве спасительных маяков фигурируют контракты с США и Бразилией. Президент обещал изыскать возможности и включить ЮМЗ в программу гособоронзаказа. Однако до выхода из кризиса еще далеко.

Помимо указанных заводов, урон понесли еще десятки предприятий, в т.ч. – «Хартрон», киевский «Арсенал» и др. Российская пресса настаивает на том, что пострадает 1330 предприятий – именно столько было завязано на рынок РФ.

Таким образом, разрыв ВТС действительно сказался, но о катастрофе говорить не приходится. Равно как и о чудесном спасении. Часть украинских предприятий ведет тяжелейшую борьбу за выживание. Другие наоборот – переживают локальный ренессанс. Потому что даже те объемы, которые закупает Минобороны, позволяют выйти из состояния деградации, прогрессировавшего последние лет 20.

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102661″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»242″,»width»:»650″}}]]

Например, бронетанковый сектор чувствует себя вполне уверенно. Особенно – ремонтная часть. «Завод Малышева» нарастил производство в 7 раз, ХБТЗ – в три раза. Есть нюансы по двигателям, но их научились обходить. Так что огульных обобщений и крайних оценок лучше избегать.

Обоюдная зависимость

Что вполне закономерно, разрыв ВТС зеркально ударил по России. И сложно оценить, кому досталось больнее.

Как неоднократно отмечал академик В.П.Горбулин, Россия уже давно сделала ставку на обеспечение самодостаточности в сфере производства вооружений. Сворачивание ВТС с Украиной проходило с середины 2000-х годов именно по инициативе российской стороны. Все, что РФ могла выпускать сама – делалось. И в этой области Россия достигла определенных успехов. Однако оставался ряд критических производств, которые нечем было заменить.

Именно поэтому в 2010 г., наряду с «Харьковскими соглашениями» по продлению базирования ЧФ РФ, россияне навязывали формат, в рамках которого все упомянутые («Мотор Сич», «Заря-Машпроект», «Южмаш» и КБ «Южное», «Хартрон», НПО им. Фрунзе и др.) и многие другие заводы должны были фактически уйти под контроль России. Почему?

Да потому, что без турбин «Зари» тормозится процесс строительства разных групп военных кораблей для ВМФ РФ. А двигатели НПО «Сатурн» пока адекватной заменой быть не могут.

Точно также ОАО «Климов» не может удовлетворить потребности «Вертолетов России» в двигателях. А российские космические программы нуждаются в услугах днепровцев и харьковчан. Западные санкции еще больше сузили возможности РФ в плане закупок необходимых комплектующих.

При этом и Украина, и Россия активно ищут способы импортозамещения. В частности, «Укроборонпром» еще зимой обозначил перечень наименований, которые ранее закупались в РФ. Частично они уже производятся в Харькове.

Что дальше?

Подводя итоги, следует отметить, что в силу исторически сложившихся многолетних связей, разрыв производственных цепочек действительно создает проблемы. В частности, Украина не может производить ряд критически важных боеприпасов. Но специалисты работают над поиском решения. При этом из России практически каждый день слышны новости о проблемах в оборонном секторе.

В информационных кампаниях внутри страны акцент делается на то, что Украина сможет выйти на западные рынки и обеспечить настоящий прорыв. Между тем на данный момент наиболее перспективными выглядят рынки Китая, Индии и Ближнего Востока. Запад не спешить делиться технологиями и пускать на свой рынок. При этом Украина делится своими разработками  с азиатскими партнерами.

Видимо, наиболее реалистичный сценарий выживания пока выглядит так: заказы собственной Армии, НГУ и пограничников, работа в Ю-В Азии и на Ближнем Востоке, совершенствование продукции, поиск кооперации в Европе.

[[{«type»:»media»,»view_mode»:»media_large»,»fid»:»102659″,»attributes»:{«alt»:»»,»class»:»media-image»,»height»:»488″,»width»:»650″}}]]

Как неоднократно отмечал тот же Горбулин, в Европу бесполезно идти с предложением «купите у нас замечательный самолет / танк / ракету». Надо идти с предложением «давайте совместно запустим серию техники, из которой мы гарантированно купим N единиц, что делает производство очень выгодным».

Сейчас украинская оборонка вышла на рубеж, за которым уже невозможно будет сносно существовать только на советских и постсоветских наработках.

Данные, которые обнародовал парламентский Комитет по вопросам национальной безопасности и обороны, свидетельствуют, что высокое место Украины как экспортера военной техники во многом было обусловлено распродажей советских запасов.

Так за 10 лет (2005 – 2014 гг.) только Министерством обороны было продано 838 танков (десяток подарено!), 722 БТР и БМП, 236 вертолетов, более 200 самолетов и БПЛА, 3,5 тыс. единиц специальной техники (в т.ч., уникальных инженерных машин), 5 тыс. автомобилей. Это не считая средств ПВО, артиллерии, боеприпасов, стрелкового оружия и др. Фактически, было продано несколько европейских армий! На этом фоне контракты по производству новой техники на экспорт в эти же годы выглядят не так масштабно.

Существовать в режиме «распродажи» уже невозможно. Но для производства новой техники нужны масштабные вложения в НИОКР. Пока с этим есть проблемы, бюджет армии – это по большей части бюджет проедания.

Но главный вывод в том, что будущее украинской оборонки – точно не в сотрудничестве с Россией. Которая ни при каких условиях не станет ни донором передовых технологий (их нет, сами пытаются привлечь Запад), ни рынком сбыта наших товаров (курс на импортозамещение возник в РФ задолго до войны). На рынках третьих стран Россия – наш первый конкурент.

Поэтому сложности вследствие разрыва отношений – это болезненный, но фактически неизбежный шаг, который в любом случае  пришлось бы совершить. Нужно это принять и работать дальше.

ИС-Харьков