Новости из зоны: Женщины ОРДЛО на войне, или сложные вопросы деоккупации

-

Читайте также

Я очень хочу, чтобы вы просмотрели все фото. В них так много ответов на многие вопросы. Но, об этом потом. Сейчас постсоветское пространство отмечет день равенства прав женщин, в общем, день гендера, ну, так по крайне мере позиционируют 8-е марта, правильно?

Что ж, не будем отходить от традиций. Женщины на войне. Они есть. И писать об этом сложно. Ведь женщины-военные служат. Служат во всем мире. И везде это считают нормой. И эта тема давно в мире снята с табу.

Служат они и в ВСУ, и в добробатах. Может, стоит рассказать и о том, что женщины-военнослужащие есть и в ОРДЛО? Очень странно, что эта тема как-то табуирована в соцсетях. Женщины на фронте со стороны ОРДЛО есть. Это — и военнослужащие в составе военных террористически-коллаборционистских частей, и обслуживающий персонал, и медперсонал, и даже водители, ремонтники.

Женщин в «народной милиции» — так в ОРДЛО называют «опочление», то есть террористическо-коллаборционистские батальоны, дополняющие оккупационные войска РФ — достаточно много. Мужчины выезжают на РФ на заработки, женщины зарабатывают на войне. И занимают они все военные ниши наравне с мужчинами: ракетные установки, танки, минирование, снайпера.

 

Многие жительницы оккупированной части Донбасса пошли в «армии республик-народную милицию-ополчение» не по призыву, а добровольно. То есть, по зову сердца.

Думаю, что вы заметили, как аккуратно я начала эту тему. Отчаянно и всеми силами табуированную тему женщин ОРДЛО на войне. Поясню: меня потрясло то, что проукраинские жители ОРДЛО очень злятся на меня, когда я пишу об участии женщин и несовершеннолетних в войне со стороны оккупационных войск РФ. У меня — сотни предупреждений оттуда о том, что это тема — табу!

Каждый мой пост о том, что среди военнослужащих и участников террористических формирований ОРДЛО (подчеркну, что это — разные категории) достаточно много женщин, девушек и подростков, вызывает истерическую реакцию со стороны жителей ОРДЛО, которые категорично против того, чтобы в процент военнослужащих и в процент участников террористическо-коллаборционистских формирований включать женщин и несовершеннолетних.

Но мне кричат из ОРДЛО, что нельзя писать, что участие женщин и несовершеннолетних жителей ОРДЛО в войне на стороне РФ — табу. Мотив таких требований жителей ОРДЛО, особенно проукраинских, скорее всего, исходит из соображений гуманности, мол, «женщины и дети не воюют», «женщины и дети вне войны». Поэтому меня часто укоряют — «не демонизируйте Донбасс», «если писать, что здесь дети и женщины с автоматами – нас не возьмут в Украину», «здесь люди выживают, как могут», «вам там в Украине хорошо, вы сбежали, а мы выживаем, как можем».

Поэтому я — главный нарушитель ряда переселенческо-оккупационных тем. Табуированных тем в истории ОРДЛО действительно много, поэтому прилетает мне частенько. Это и бизнес переселенцев с провозом туда лекарств из Украины, и бизнес «поездки в Украину без карантина и штрафов», и двойные пенсии тех «переселенцев», которые курсируют туда-сюда, чтобы получать выплаты и тут, и там, но, фактически проживают в ОРДЛО. И массовый возврат в ОРДО и выезд на РФ студентов, получивших дипломы в Украине по льготной системе поступления. И преподавание пропаганды в школах (сколько я выслушала «я за Украину, вы меня здесь бросили, поэтому я вынуждена преподавать детям антиукраинскую пропаганду в школе»). Если честно, то уже любая тема о жизни ОРДЛО — табу, так как она мешает жителям ОРДЛО жить так, как они уже там привыкли.

Исходя из этого, я все же рискну сделать вывод, что война для части жителей ОРДЛО уже стала привычной, и они отчасти симпатизируют военным «республик», подчеркивая, что участие в войне — скорее заработок для выживания, нежели политическая платформа. Именно так вот мне вчера пояснял собеседник: «То, что они с автоматом и в форме — ничего не значит, они хотят на Украину, просто нужно выживать».

Возможно! Хотя, как-то диковато слышать все это от тех, кто позиционирует себя «мы за Украину, но…». Это «но» несколько давит, и является темой отдельного разговора. Хотя, я уже привыкла, что война — это 50 оттенков человеческого и не очень. Со временем все как-то поменялось и свои у каждого свои, и война у каждого своя, и правда у каждого своя, даже оттенки морали каждый видит по-своему. Поэтому, попытаюсь написать о милитаризации гендера в ОРДЛО как можно толерантнее.

Милитаризация гендера начинается с детсада, где дети маршируют в форме и кричат «на Берлин». Все — под четким руководством мам и пап, и, конечно же, по сценарию воспитателей. Такое время! Выживали, как могли. Не забывайте, что это — мирные и даже проукраинские граждане, заложники оккупации, просто выживали, как могли.

 

Получив долю милитаризации в детсаду, девочки дополняют ее в школах — НВП, стрельбы на полигонах, политинформация «о врагах Донбасса». Чаще всего родители и дети к 10-годам определяются, и охотно при поддержке родителей поступают в казачьи кадетские корпуса, которые занимают большую часть учебных учреждений в ОРЛО (в ОРДО — нет). Получают «паспорта республик» и паспорта граждан РФ. Частично — эти же семьи делают детям и украинские паспорта, чтобы использовать переселенческие выплаты и льготы для поступления в ВУЗы в мирной части Украины.

Оканчивая школу или кадетские учреждения, девушки ОРДЛО охотно идут учиться в военные училища ОРДЛО (это — и политработа, и организационная работа, и работа в милиции, и военные специальности).

Луганск пестрит прелестницами в камуфляже. Белые школьные банты и автоматы — это так мило. Парады, которые проводит «народная милиция ОРДЛО», всегда украшены прекрасным полом с автоматами (я достаточно толерантна? думаю, что могла бы писать передовицы для ОРДЛО СМИ). Женщины ОРДЛО охотно идут служить в «народную милицию», где служат связистами, танкистами, минерами, снайперами, поварами, медсестрами.

В 2014-м был просто женский бум на вступление в «народное опочление» (это опечатка, у меня 100 бальная толерантность, ведь я помню, что там — наши люди). Еще и мужиков троллили, что не хотят вступать в опочление.

 

Сейчас эта первая волна уже отвоевалась. Часть — до инвалидности. Часть — до развода. Многие вернулись к мирным профессиям и не вспоминают о «подвигах», но автоматы и медали хранят.

Одна из социальный историю о танкистке позывной «Танча» здесь.

В Горловке девушек подготавливают к службе в «армии днр» в молодежных военизированных подразделениях «Амазонки».

 

В ОРЛО — это больше казачьи корпуса, где молодые казачки отлично стреляют из гранатометов и работают с холодным оружием в городских условиях. 

 

В ОРДЛО много пишут о военных романах в «армии республик», красивые истории любви заполонили «ВКонтакте» и «Одноклассники», много межнациональных пар: жительница «республики» и бурят или абхазец, дагестанец, русский.

В ОРДЛО много женщин-инвалидов, получивших ранение на войне. В последнее время стала появляться информация о жестокости по отношению к женщинам–военнослужащим или женщинам из обслуживающего военных персонала. Раньше такую информацию в ОРДЛО скрывали.

Нужно ли считать женщин в процент военнослужащих «армий днр и лнр», и нужно ли считать женщин в камуфляже или несовершеннолетних учащихся военных кадетских, казачьих корпусов в процент участников террористическо-коллаборционистских формирований, я оставлю на суд читателей. Сейчас — время толерантности и удивительных историй о том, как Донбасс хотел мира и пришел на войну, чтобы любой ценой…

Олена Степова для сайта «Информационное Сопротивление»


Информация – одна из граней войны! Подписывайтесь на аккаунт «Информационного сопротивления» в Twitter – ссылки на наши эксклюзивы, а также самые резонансные новости Украины и мира

загрузка...

Свежее

В День победы жители РФ предпочли смотреть в кинотеатрах легкую комедию вместо патриотического блокбастера

Самым популярным фильмом в российских кинотеатрах 9 мая стала комедия «Прабабушка легкого поведения. Начало» про агента КГБ, переодевающегося в...