Нарративы гибридной войны

-

Читайте также

Нарратив (англ. narrare) – языковый акт, вербальное изложение; нарратор – рассказчик.

            Ни один более ранний военный конфликт не сопровождался таким количеством разнообразных текстов. Слова и нарративы разного авторства, формата, смысла и глубины текста стали самостоятельным оружием гибридной войны. Вещают, пишут, говорят, болтают, «постят» решительно все: от главнокомандующих и министров до мелких пропагандистов и журналистской братии. В некоторых случаях политические заявления и декларации, пропагандистские «вбросы» и атаки, словесные угрозы и троллинг создают эффект, сравнимый с ковровой или точечной бомбежками. Страдают мозги, души, коллективное сознание и подсознание. Последствия – интеллектуальный ступор, «разрыв мозга», страх переходящий в панику, «все пропало» и «вокруг зрада». На «контузию мышления», вполне очевидно, рассчитывает агрессор. На первых этапах войны подобные нарративы прокладывали дорогу его гибридным армиям. Эффективность словесного оружия была высокой, а поражающая способность могла быть сравнимой с силой тактического ядерного заряда.        

В мутном словесном потоке гибридной войны явно прослеживаются четыре элемента: блеф, шантаж, ложь, цинизм. Они взаимно дополняют  друг друга, образуя символический четырехугольник. Он растворен в нарративах агрессора.

Блеф – информационное сообщение, которое основано на обмане противника и производится для того, чтобы создать ситуацию психологического давления, шантажа, и принудить последнего совершить неверный ход или принять не выгодные ему условия.

Шантаж – информационная угроза, выраженная непосредственно или в завуалированной форме, которая сопровождается, как правило, циничной ложью и наглым блефом.

Ложь – распространенная известная форма коммуникации, которая не допустима при цивилизованных международных отношениях, но широко используется агрессором в гибридной войне. Термин «нарратив» (в одном из специальных значений) применяется, в частности, в дипломатии для интерпретации действий противоположной стороны как преднамеренного обмана, предназначенного для сокрытия истинных намерений.

Цинизм – особый психологический фон, подтекст, когда нарратор – обманщик, шантажист – подает себя эдаким ловким малым, умелым и смышлёным пройдохой, которому мораль не указ. В духе философии известного литературного героя: «побольше цинизма,  людям это нравится». Например, одна из высоких сторон – подписантов Будапештского меморандума – отказывается от соблюдения взятых на себя обязательств. При этом высокопоставленный политик заявляет: «а мы с этим правительством (т.е. с существующей киевской властью) никаких договоров не подписывали». С точки зрения международного права – чудовищный цинизм, но пиплу на родине подонка, выдавшего подобный перл, этот резон безумно нравится. Цинизм самого действия и нарратива, оправдывающего отступничество, преподносятся как победа над одураченным противником. Кстати, при подписании не доброй памяти меморандума, в сценарий события уже закладывались и шантаж, и обман. Никто серьезно гарантировать безопасность Украины не собирался, ядерные державы принуждали страну к разоружению, буквально выкручивая руки…

           

Не будем теоретизировать, рассмотрим, как «работал» символический четырехугольник в некоторых памятных нарративах гибридной войны.

Эпизод 1. 9 ноября 2013 г. Важный день современной истории Украины. Янукович был вызван Путиным в Москву, где прямо на военном аэродроме состоялись тайные переговоры, предрешившие резкий поворот во внешней политике государства, и как следствие – Революцию Достоинства. Было бы крайне интересно взглянуть на нарративы «тайной вечери». Например, использовали ли высокие стороны блатной жаргон, не литературные выражения и какой стиль был избран для диалога – «высокий» (как учил московскую верхушку Ломоносов) или «низкий» в духе ленинградских подворотен? Несомненным остается одно: шантаж, блеф, обман Путина удались на сто процентов. Янукович отступил от идеи европейской интеграции, и было запущено колесо неотвратимых трагичных событий. Путин оказался победителем, и войну кремлевский диктатор на первом этапе выиграл без единого выстрела. Мастер «изящной словесности» сделал свое дело; 10:0 в пользу Кремля.

Эпизод 2. За дело берутся путинские холуи, они полностью копируют манеру босса: «больше цинизма, хохлам это должно понравится». 27 февраля проходит памятное заседание СНБО. Кремль с помощью многочисленной агентуры нервно следит за действиями и диалогами киевских политиков в стенах Рады и за дверями служебных кабинетов, что называется в режиме «on-line». Чтобы не было сомнений в том, что старший брат всемогущ – все видит и все слышит – к телефону спецсвязи прямо во время обсуждения ситуации в Крыму приглашается А.Турчинов. Звонит его коллега Сергей Нарышкин, председатель Госдумы (типа равный – равному), и в развязной манере заявляет приблизительно следующее:  «Саша, если вы будете что-то делать в Крыму в течение двух дней, мы высадим воздушный десант в правительственном треугольнике: администрация президента, Верховная Рада, кабинет министров». Редкий по откровению и по силе цинизма пример шантажа в международных отношениях. Нарышкин, несомненно, звонил по поручению Путина, и буквально воспроизводил его развязную по форме и криминальную по содержанию манеру давить на противника. Блеф заключался в том, что спикер врал насчет готовности высадить десант. К открытой войне Путин не был готов, возможно, по международным соображениям. Подействовал ли шантаж Кремля? Мы знаем, что СНБО занял страусовую позицию, полностью устраивающую Путина. Интересно, а другие присутствующие на заседании политики, получали ли они вербальные послания из Москвы? Почему так нервно и панически вела себя Тимошенко?

Вот еще один пример из этого ряда. Теперь действие происходит в Харькове, 7 апреля, накануне захвата ОДА. Руководитель области Игорь Балута находится в своем кабинете в крайне нервном состоянии, он понимает, что пророссийским боевикам поставлена задача: ворваться в административное здание, и начать захват власти в регионе. Внезапно ход его мыслей прерывает доклад секретарши: звонят из Кремля. В первую минуту недавно назначенный губернатор даже не верит (он не подозревал, что в бывшем обкоме партии существует линия спецсвязи с Кремлем), и считает, что это чья то злая шутка. Но со второй попытки дозвониться – берет в руку телефонную трубку. На другом конце – Жириновский (из здания российского парламента), который признается в любви к Украине, борщу и украинскому салу, и в свойственной ему циничной манере дает совет «не делать резких движений». Любому эксперту понятно – это тактика гибридной войны: сделать звонок в критический момент, и использовать силу нарратива и вес авторитета нарратора. Словесный шантаж должен сломить волю к сопротивлению. Тем более, подручные Путина звонят не в Вашингтон, а в бывшую «свою» республику, где есть, чего греха таить, старая привычка заглядывать в рот старшему брату и вытягиваться, в надлежащий момент, по струнке.

Эпизод 3. Рассмотрим теперь документы – знаменитые постановления верхней палаты Федерального Собрания РФ о разрешении вводить или не вводить войска в Украину. 1 марта сенаторы практически единодушно дают добро на использование вооруженных сил в Украине. Ситуация опереточная. Во-первых, зеленые человечки уже обосновались в Крыму, и даже успели захватить здание ВР АРК Крым. Во-вторых, Путин не собирался начинать полномасштабную классическую военную кампанию. В-третьих, он плевать хотел на сенаторов: нужно будет, он введет регулярные воинские части без всякого разрешения (что он и сделал в августе 2014 г.). В марте Путин блефовал и шантажировал, цинично используя авторитет высшего законодательного органа. Фактически из всей затеи вышло колебание воздуха, т.е. очередной нарратив, но был вброшен весьма важный по замыслу текст (с точки зрения давления на Украину). Это было словесное послание, которое должно было обратить украинцев в шоковое состояние. Можно ли такое вообразить – воевать с ядерной державой? И еще Путин дал важный аргумент своим нарраторам, назначенным вести переговоры с местными элитами, чтобы быстрее склонить их к мысли «сдать» свои регионы. Этим усилением тут же пользуется помощник Путина Глазьев, который оперативно обзванивает сепаратистских вождей в Запорожье, Одессе, Харькове, Крыму (см. записи телефонных разговоров, опубликованных генпрокуратурой Украины), и требует активизировать действия «по харьковскому образцу». Тезис «военные выдвигаются», обещания решить денежные вопросы, снабдить сепаратистов спецснаряжением для захвата зданий – мощные аргументы. Тактика давления и словесного воодушевления сторонников Москвы в Украине тогда еще срабатывала. Теперь обратимся к факту отзыва Путиным разрешения на ввод армии в Украину. 25 июня 2014 г. Совет Федерации послушно проштамповал новую волю царя. Так что, войне конец? Ничуть не бывало, это такой же блеф и обман. Путин блефует миром для сведения международной общественности и маскировки причастности к происходящему (тем более, как раз начался массовый завод на территорию Украины тяжелой военной техники), и надеется заодно обмануть противника. В этот момент генштаб РФ разрабатывает операцию вторжения на Донбассе и спасения самопровозглашенных республик. Вторжение состоится в августе, и согласие сенаторов, естественно, не запрашивалось.

            Но на каждого мудреца, как говорят в России, довольно простоты. Мы предлагаем не усложнять и не демонизировать образ Путина. То, что президент РФ говорит и делает, и чему учит своих помощников – типичная уголовная тактика. Один харьковский историк поведал такой случай из дореволюционной эпохи. В губернии разгулялись террористы – эсеровские боевики. Приехал один известный сыскарь для ведения следствия и поимки негодяев. Он сразу же заявил: никакие они не политические, а обычные уголовники, и ловить я их буду так, как всегда это делаю в отношении урок. И ведь получилось! Мы предлагаем рассматривать Путина и его философствования точно также – в контексте криминальной субкультуры. Для этого существуют прочные основания в самой биографии восточного царя. Он делает выдающуюся криминальную карьеру, сумев  несколько раз поменять свою «масть»; вот из каких источников и появился его фирменный стиль нарратива.

Этап ленинградских подворотен – подростковые и юношеские годы, знакомство с уголовной субкультурой, «феней», усвоение принципов двойной морали и законов волчьей стаи – бей первым, не отступай, подавляй соперника наглостью, «фраеров» обманывать – «не западло».

Кагэбэшный период. Саму организацию, которая сделала его своим офицером, следует относить к типу государственно-террористических организаций, хотя и в недрах «конторы» водились достойные люди. По отзывам сослуживцев, Путин в их число не входил. Он злоупотреблял служебным положением, и испытывал явное нездоровое удовольствие от насилия и психологического террора. Людей можно ломать морально с выгодой для себя – вот главный урок, выученный в КГБ.

Кормушка в Питере. Это период очередного поворота, когда открылась возможность совершать масштабные экономические преступления. Необходимо было обладать редким цинизмом, чтобы использовать свое служебное положение в ведомстве чуть ли не главного демократа России – Анатолия Собчака – для разворовывания государственных ресурсов в условиях полуголодного существования ленинградцев 1990-х гг. И никаких загадок в получении первого миллиона – «крышевание», «схемы», «откаты», «доляшки», «распилы» и, конечно, блеф, шантаж, обман по отношению к бизнесменам. Связи с уголовниками возобновились, но теперь дружба велась с криминальными авторитетами, бандитами «лихих годов» и ворами в законе. Их мир Путину всегда был ментально более близким и понятным. В этом отношении Янукович был обречен – Путин прекрасно понимал мелкую душонку украинского хапуги, и хорошо знал, как управлять спецконтингентом КГБ.

На вершине олимпа – роль государственного и политического преступника, возможность творить зло вселенского масштаба. Он буквально гипнотизирует российский социум глазами удава, демонстрируя силу и злую волю – абсолютно в традициях криминального мира. Теперь он создает ОПГ высшего уровня, передавая членам правящей криминальной группировки приемы и методы уголовного господства.

        Вот и разгадка нарратива гибридной войны по-путински. Криминология, как следует, становится политической наукой. Но что можно противопоставить путинской тактике шантажа и психологического террора? Прежде всего, правильно понимать психотип и психологический портрет главного нарратора. Криминальный талант – да, присутствует, но это преодолимо. Международным партнерам Путина, очевидно, понадобилось достаточно долгое время, чтобы разобраться: «who is mister Putin?». Нам проще, мы прошли эпоху криминальной революции, и понимаем сущность ее героев. За растопыренными пальцами и внешним блеском скрываются гнилые и злобные души, кстати, достаточно трусливые и впадающие в панику в момент опасности. Их нарративы нужно уметь читать, понимая истинный смысл вербальных посланий. Столкнувшись с волей, решительностью и твердостью оппонентов, они лишаются главных своих козырей – способности манипулировать людьми и одерживать победы.

Рущенко И.П. , доктор социологических наук, профессор, специально для «Информационного Сопротивления»

загрузка...

Свежее

Прокуратура РФ вызвала журналиста Цимбалюка для дачи объяснений: что известно

Прокуратура города Москва вызвала корреспондента агентства УНИАН Романа Цимбалюка для дачи объяснений. Российские власти подозревают его в возбуждении ненависти...