Экспансия РФ на Кавказе: анализ группировки войск и угрозы для региона

-

Читайте также

Выступление координатора группы «ИС» Константина Машовца на «круглом столе» в Международном центре противодействия российской пропаганде

В общем контексте нынешних целей Российской Федерации в собственной внешней политике, ее экспансия непосредственно в регионе Кавказа — вполне очевидна и логична. Подробно на этих мотивах и причинах я останавливаться не буду. Это достаточно обширная тема, и скорее всего — предмет отдельного, подробного разговора. Замечу лишь, в этой связи достаточно очевидную и определенную логичную связку: ресурсы — деньги — власть и влияние. Именно такая незамысловатая и достаточно простая последовательность размышлений, судя по всему, движет действиями и поступками того синклита чекистов с криминальными наклонностями, который нынче засел в Кремле и правит Российской федерацией.

На мой субъективный взгляд, его нынешние действия на Кавказе, определяются именно такого рода соображениями. Потому, сетовать на тот факт, что Россией сегодня правят люди с мировоззрением и мироощущением правителей времен Чингизхана, несмотря на то, что они пользуются интернетом и ай-фоном — абсолютно бесцельно. Не говоря уже про этические или моральные стороны их действий и поступков. Они таковы, каковы есть. Это достаточно объективная реальность. 

Намного интереснее разобраться в так называемых форматах и методологии экспансионистской политики Кремля на Кавказе, ибо это позволит более-менее эффективно ей противостоять, поняв механизм ее формирования. В этом контексте, я бы хотел остановится более детально именно на военной составляющей всего того процесса, который в Кремле определяют, как «защита российских национальных интересов» в регионе, где так называемым «русским миром», образно говоря, даже не пахнет.

Итак, как известно, на сегодняшний день основной формой, в том числе касаемо содержательной, смысловой части российской стратегии проведения экспансии, как в глобальном, стратегическом смысле, так и на региональном уровне, в частности на Кавказе, есть так называемая доктрина гибридной войны, разработку и практическое применение (я бы даже сказал, апробацию) которой некоторые специалисты приписывают нынешнему руководителю Генерального штаба ВС РФ генералу Герасимову.

Напомню, кто забыл. Под этим термином нынче подразумевается вид комбинации, причем в самых разных пропорциях, враждебных действий, при котором нападающая сторона может и не прибегать к классическому военному вторжению (хотя, конечно, может и прибегнуть к таковому или манипулировать ВОЗМОЖНОСТЬЮ его совершения), а подавляет своего оппонента, используя сочетание скрытых военных операций, действий своих специальных служб,  диверсий,  кибервойны, информационно-психологических операций, методы дипломатического давления, а так же финансово-экономическую агрессию, а также оказывая поддержку антиправительственным силам внутри страны, причем самой разной этимологиии — от банальной политической оппозиции, заканчивая террористическими, сепаратистскими группировками (если таковые, конечно, удастся создать), ведущим вооруженную борьбу против правительства своей страны. При этом военные действия со стороны агрессора и инициатора нападения могут вообще не вестись, и с формальной точки зрения гибридная война может протекать в мирное время, что позволяет, в свою очередь, агрессору апеллировать к своему формальному неучастию в войне. Более того, в долгосрочной перспективе в рамках стратегии гибридной войны многие определяют применение так называемой «мягкой силы» (имеются ввиду — культура, искусство, в том числе массовое, массовые коммуникации и т.д.), так же как один из ее достаточно эффективных инструментов. Хотя, конечно, существует и альтернативная версия, введенная Джоном Мак-Куеном, такого рода стратегии, как комбинация «симметричных и асимметричных методов ведения войны». Которое, впрочем, приводит к тому, что теперь любой вооруженный конфликт вполне возможно рассматривать, как «потенциально гибридный».

Зачем, собственно, я так подробно остановился на теоретических основах именно «гибридизации» современных войн? Да потому, что на Кавказе на сегодняшний день мы имеем классический пример практической реализации данной концепции правящим в Кремле режимом. Именно в рамках этого факта и следует рассматривать ВОЗМОЖНОСТИ, а также РЕАЛЬНЫЕ ФАКТЫ применение Российской федерацией силы (я имею ввиду именно с военной точки зрения) в Кавказском регионе. Возвращаясь к моей метафоре во вступительной части, следует заметить, что кремлевский коллективный Чингизхан стал немного умнее и хитрее в плане своей экспансии на Кавказе. Он учиться, в этом отношении, и пытается исправлять свои же ошибки, допущенные им ранее.

Приведу пример такого рода «обучения».  Если ранее, для того что бы затормозить достаточно стремительный дрейф Грузии в противоположную от Кремля сторону, последнему потребовалось самая натуральная симметричная война и прямое задействование собственных вооруженных сил в ней, то для того что бы попытаться остановить схожие процессы в Армении, ему достаточно было в нужный момент активно влезть «ассиметрично» в «миротворческий процесс» в обострившийся и перешедший в горячую фазу азербайджано-армянский конфликт вокруг Нагорного Карабаха. И в первом и во втором случае — истинные цели Кремля мало чем отличались, но разительно поменялась его МЕТОДОЛОГИЯ. Про результативную часть проецирования российской военной силы в политическом или военно-политическом смыслах в этих двух случаях я сейчас не говорю, но обращаю ваше внимание на то, как Кремль меняет на ходу свою стратегию, так сказать, по ходу «внезапно» возникающих задач и изменений геополитической обстановки на Кавказе.

Прежде чем перейти непосредственно к анализу и характеристике военного присутствия России на Кавказе выделю, однако, еще одну характерную особенность российской стратегии на Кавказе именно в военном отношении, которая наверняка есть следствием нынешнего общего геополитического положения РФ в мире и внутренней ситуации в самой России — безусловная приверженность стратегии высшего военно-политического руководства России так называемой теории «ключевых точек», или таких себе, как говорят немцы «швер-пунктов» что, в свою очередь, безусловно, свидетельствует о существенных изменениях в общем военно-стратегическом оперативном планировании, произошедших в ГШ ВС РФ. Больше — никаких тотальных оккупаций, массированных ударов и вторжений. Исключительно точечное и дозированное применение военной силы и исключительно там, где это может повлиять на общую ситуацию в стратегическом отношении.

Итак, чем же сегодня располагает РФ за Большим Кавказским хребтом и какие ВОЗМОЖНОСТИ в реальном, объективном отношении могут предоставить российскому военно-политическому руководству эти силы и средства?

Прежде всего, это две развернутых на оккупированных грузинских территориях военные базы (4-я и 7-я), а также ряд обеспечивающих их полноценное функционирование и прикрытие подразделений, объектов инфраструктуры и логистики.

База №7. Район Гудауты. Абхазия:

4 развернутых мотострелковых батальона;

танковый батальон;

разведывательный батальон;

реактивный дивизион;

самоходно-гаубичный дивизион;

противотанковый дивизион;

2 зенитных ракетно-пушечных дивизиона ПВО,

а так же полный комплект подразделений ротно-взводного уровня, обеспечивающих применение данного соединения во всех типах боя, начиная от роты снайперов и роты БПЛА, заканчивая инженерно-саперной и медицинской ротами.

Всего — около 40 танков, более 170 боевых бронированных машин (ББМ), до 18-и единиц ПУ реактивных систем залпового огня, 36 самоходных и буксируемых стволов артиллерии калибром более 100-мм (122-мм и 152-мм), до 18-и ПТРК и 6-и ПТО (калибра 100-мм), БПЛА типа «Застава» и «Гранат».

Кроме того, следует отметить наличие на территории оккупированной Абхазии аэродрома, контролируемого российскими военным в Бомборе и группы зенитных ракетных дивизионов типа С-300ПМ и С-400, командный пункт которой находится в районе поселка Приморское.

По своей сути, эта база представляет собой усиленную мотострелковую бригаду полного комплекта (подчиняется штабу 49-й ОА, ЮВО в г. Ставрополь), которая при необходимости может сформировать до 3-х полноценных БТГр одномоментно, а при усилении мобилизационным ресурсом до 5-6, способных проводить активные наступательные действия, как автономно, так и во взаимодействии с более крупными силами и средствами.

База №4. Район Цхинвали. Южная Осетия.

Ее структура, состав и вооружение намного «интереснее» нежели аналогичные показатели базы №7:

3 развернутых мотострелковых батальона;

танковый батальон;

батальон специального назначения из состава ССО РФ;

разведывательный батальон;

2 самоходно-гаубичных дивизиона;

реактивно-артиллерийский дивизион;

отдельный ракетный дивизион (в который сведены батарея РСЗО «Смерч» из состава 439-й отдельной ракетной бригады из поселка Знаменск. Астраханской области, а так же ракетная батарея вооруженная установками ОТРК «Искандер-М»);

противотанковый дивизион;

2 дивизиона ПВО,

а так же тот же ротно-взводный комплект, что и на базе№7, включая роту снайперов, роту БПЛА и другие отдельные роты и взвода.

Всего — все те же порядка 40-а танков, до 150 БМП и БТР, до 50 единиц бронеавтомобилей, как минимум до 2-х ПУ ОТРК «Искандер-М», до 18-и установок РСЗО, включая как минимум 6 единиц крупнокалиберных и дальнобойных «Смерчей», не менее 36-и единиц САУ и буксируемой артиллерии (калибром 122-мм и 152-мм), 12 самоходных установок ПТРК и не менее 6-и ПТО типа «Рапира» (калибром 100-мм), ну и БПЛА типа «Тайфун».

Наличие в составе этой базы подразделений специального назначения, а также дальнобойных и мощных средств поражения типа ОТРК «Искандер-М» и РСЗО «Смерч» свидетельствует о достаточно важной и активной роли, которая отводится данной российской военной базе в оперативных планах ГШ ВС РФ. Все это вдвойне справедливо, учитывая тот факт, что данные силы и средства располагаются на сравнительно небольшом расстоянии от столицы Грузии — города Тбилиси.

Части и подразделения, которые дислоцируется на этой базе подчиняются штабу печально знаменитой 58-й ОА ЮВО ВС РФ, который дислоцируется в г. Владикавказ и к ней справедливо применима та же оценка ее возможностей к проведению активных наступательных действий, что и к базе №7. Т.е., органы военно-оперативного планирования вооруженных сил Грузии, могут вполне рассчитывать на то, что в случае обострения обстановки, вплоть до применения военной силы, им придется иметь дело как минимум с 5-7 БТГр, развернутых этим соединением + огневыми средствами, которые способны поражать цели в глубине территории Грузии, включая ее столицу.

В этом отношении не вызывает сомнения тот факт, что на территории обеих российских баз накоплены вполне достаточные запасы материально-технических ресурсов, военной техники и вооружения, которые позволяют за весьма короткий мобилизационный период резко нарастить численность и объемы этих формирований. По сути, в этих двух ключевых точках на Кавказе, военно-политическое руководство РФ создало такие себе «эмбрионы» двух будущих мощных ударных группировок, которые оно несомненно развернет и пустить в ход, если посчитает по тем или иным причинам для себя это приемлемым. Я не утверждаю, что именно так и состоится, но нынешнему и будущему военно-политическому руководству Грузии, исключительно на мой частный взгляд, несомненно следовало бы учитывать этот фактор.

Теперь, немного южнее. Армения, район севернее города Гюмри, 102-я база ВС РФ. Структура и состав практически идентичны базе №4 в Грузии. Все те же «Смерчи» из состава 439-й бригады, те же ПУ «Искандер-М» (как минимум до 4-х единиц, которые номинально яко бы принадлежать правительству Армении), 3 мотострелковых батальона, танковый батальон и т.д. По сути — развернутая полнокомплектная усиленная мотострелковая бригада, за несколькими небольшими исключениями.

Исключение первое — развернутый южнее Гюмри, в районе Ширак 988-й зенитный ракетный полк, который фактически контролирует с воздуха местный аэродром + развернутая рота глубинной разведки из состава 22-й бригады специального назначения, которая специализируется, скажем так на «очень южных регионах», а так же отдельное подразделение (приблизительно до двух взводов) центрального подчинения штабу ССО РФ и исключение второе —   наличие на территории Азербайджана так называемого российского миротворческого контингента в районе Ханкеди в 2 батальона из состава 15-й отдельной мотострелковой, так называемой «миротворческой», бригады 2ОА (штаб в районе г. Самара) с некими «приданными подразделениями», общей численностью в 1960 военнослужащих при 110 единицах ББМ и специализированного автотранспорта + формирования ФСБ РФ, которые яко бы «помогают контролировать» азербайджано-армянскую границу.

С военной точки зрения, эта группировка имеет достаточно ограниченные военные возможности за пределами собственно Армении, что достаточно актуально для Азербайджана и Турции, тем более после достаточно эффективных действий первого в Карабахе и растущего их взаимодействия в первую очередь в сфере обороны и национальной безопасности двух стран. Тем более, что в плане материально-технического снабжения и логистического обеспечения, тем более в условиях гипотетического обострения оперативной обстановки, российское военное командование в отношении своей 102-й базы и тактической группы в Карабахе, очевидно, будет существенно зависеть от доброй воли правительства Грузии.

И хотя, надо полагать в ГШ ВС РФ планируют оперативно снабжать свои войска в Армении в первую очередь по воздуху, об этом говорит развернутый именно в районе аэродрома Гюмри ЗРП, однако с объективной точки зрения следует признать, что самолетами много нужного и потребного в случае полноценного развертывания группировки в Армении не навозишься. В первую очередь — тяжелого вооружения или достаточных объемов предметов МТС.

Посему, я бы рассматривал, развернутую группировку российских войск в Армении, не как рычаг давления на Азербайджан, а собственно на саму Армению. Так сказать, «силы стабилизации» в кремлевском понимании, на случай, если Армения начнет дрейфовать куда-то в сторону от кремлевского фарватера, или вообще — в противоположную сторону. Собственно, именно этим, я думаю, поясняется «сохранение» на российской военной базе номинально армянских «Искандеров» и наличие в составе контингента российских войск в Армении значительного количества военнослужащих ССО и так называемых «погранвойск» ФСБ РФ. У этих ребят рука на гибридно-силовых акциях и операциях достаточно набита. Говорю так, ибо сталкивался с их достаточно активной деятельностью на Донбассе, причем из все той же 22-й бригады СпН.

Ну и в заключении.

Рассматривая возможность нынешнего кремлевского режима проецировать военную силу именно в регионе Южного Кавказа не следует забывать, помимо всего, мною выше перечисленного, оперативные возможности ЧФ и Каспийской военной флотилии, которые достаточно активно, в последнее время, их повышают. Особенно, в плане проведения амфибийных и ударных форм применения своих сил и средств + две, развернутых общевойсковых армии на Северном Кавказе — 49-я и 58-я. Если кто забыл, то напомню, что в течение последних 7-10 лет руководство ВС РФ, в ходе многочисленных военных учений разного масштаба, а также так называемых «внезапных проверок боеготовности войск» РЕГУЛЯРНО и ПОСТОЯННО отрабатывает вопросы быстрого маневра силами и средствами, причем в стратегическом масштабе.

Поэтому, 3 развернутых на Южном Кавказе российских «бригады», в один, далеко не прекрасный момент вполне могут распухнуть до достаточно мощных ударных группировок, способных проводить достаточно масштабные операции в данном регионе. Особенно тогда, когда в их составе уже заранее развернуты такие системы вооружения, как ОТРК «Искандер-М» и РСЗО «Смерч». А в составе ЧФ числится непропорционально много десантно-высадочных средств вкупе с носителями КР «Калибр» и в составе двух армий ЮВО в обязательном порядке развернуты части и даже целые соединения горно-стрелковой и горно-штурмовой специализации.

Посему, укрепление сектора обороны и национальной безопасности, причем всестороннее и сбалансированное, для Грузии и Азербайджана (а именно внешняя и внутренняя политика этих кавказских государств ныне вызывает в Кремле не проходящие приступы изжоги) есть не просто каким-то геополитическими причудами, а существенной, я бы даже сказал жизненной, необходимостью.


Информация – одна из граней войны! Подписывайтесь на аккаунт «Информационного сопротивления» в Twitter – ссылки на наши эксклюзивы, а также самые резонансные новости Украины и мира.

загрузка...

Свежее

Президенты Азербайджана и Турции открыли аэропорт в деоккупированном Физули. ВИДЕО

В рамках однодневного визита президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган принял участие в открытии международного аэропорта Физули. Во вторник, 26 октября,...