Славянские «шахиды»: Почему ФСБ должно бояться террористов-одиночек

Славянские «шахиды»: Почему ФСБ должно бояться террористов-одиночек

Несколько лет назад американский писатель, пулитцеровский лауреат Майкл Каннингем выпустил роман «Избранные дни». В одной из его частей, носящей название «Крестовый поход детей», рассказывается о том, как группа юных созданий крепит на свои хрупкие тела небольшие бомбы. А затем подрывает их, подойдя к прохожим и дружески их обняв. Эта выдуманная история происходит в декорациях Нью-Йорка, пишет в материале на сайте «Фокус» публицист и журналист Юрий Божич.

Однако после того как 17-летний студент политехнического техникума Михаил Жлобицкий подорвал себя в здании областного управления ФСБ в Архангельске, создается впечатление, что ее легко прописать в России. С двумя небольшими оговорками. Здесь юные смертники-одиночки убивают не от переизбытка любви (как в романе Каннингема), а из ненависти. А в роли того, кто понукает их к этому, выступает не некая загадочная персона, а само российское государство.

Трагедии в Архангельске предшествовала трагедия в Керчи. В отношении последней сразу были проведены параллели с массовым расстрелом в школе Колумбайна. Мол, Росляков даже оделся, как подростки, учинившие расправу в США. Все понятно: неуверенный в себе человек с низкой самооценкой. Тлетворное влияние интернета и т. п. Какие, черт возьми, мотивы? В сущности, никаких. Поэтому нужно углубить и расширить патриотическое и прочее воспитание молодежи. И разобраться с продажей оружия. Допустим, повысить возрастной ценз.

Обсуждая керченский инцидент, можно было спокойно обходить вопрос реакции недозрелого ума на социально-политическую ситуацию в стране. Ну мало ли что может сотворить психически неуравновешенный молодой человек!

Теракт в Архангельске лишает власти возможности оставаться в подобном блаженном умиротворении. Об этом позаботился сам Жлобицкий. За считанные минуты до взрыва в телеграм-чате «Речи бунтовщика» появилось его сообщение, подписанное «Валериан Панов» и сопровожденное, как и более ранние его реплики, эмблемой RAF («Фракции Красной Армии» – террористической организации ультралевых, действовавшей в ФРГ и Западном Берлине в 1968–1998 годах).

Идущий на смерть все объяснил: «Так как ФСБ о***ло, фабрикует дела и пытает людей, я решился пойти на это. Скорее всего, я подохну из-за взрыва, ведь ВУ инициируется непосредственно мною через нажатие кнопки, закрепленной на крышке бомбы». И добавил: «Светлого вам будущего анархического коммунизма!».

Покушения на ФСБ – «святая святых» российской государственности – случались и прежде. Например, на Северном Кавказе: в Дагестане в 2011-м и в Ингушетии в 2017-м. В 2015-м художник-акционист Петр Павленский поджег двери Лубянки и сделал селфи на фоне этого скромного пожара. А полтора года назад стрельбу в Хабаровске устроил Антон Конев, состоявший в неонацистской группировке «Штольц» и погибший от своей же отрикошетившей пули.

Но поступок Жлобицкого принципиально отличается от каждого из этих случаев. Он осуществлен человеком левых взглядов. И у него были конкретные претензии к государству, в котором растоптано правосудие. И в котором люди разуверились в том, что могут хоть на что-то повлиять в масштабах страны. Эти упадочные общественные настроения зафиксировал недавний соцопрос, проведенный «Левада-центром». По его данным, лишь 10% россиян заявили о том, что в состоянии повлиять на происходящее в державе.

Иными словами, социальная активность россиян, как и во времена Советского Союза, перекочевала на кухни. И в целом общество в массе своей демонстрирует то, что психологи применительно к индивиду называют «выученной беспомощностью». Они трактуют этот феномен как состояние, при котором человек (или животное) не предпринимает попыток к улучшению своего положения, хотя и имеет возможность.

Для правителя такая аморфность восприятия – дар небес. Общество-зомби, соглашающееся на любое подчинение. Бесконечная вереница покорных крыс, марширующих под дудочку гамельнского крысолова. Даже не представишь, что еще может быть лучше! Сиди себе, кури бамбук и почивай на лаврах!

Однако российская власть – по крайне мере в последнее время, – не была столь самонадеянной. Надо отдать ей должное. Она в лице вездесущих спецслужб всерьез занималось всякими там анархистами и прочими леваками. Она искала террористические сети. А там, где не могла их найти, стряпала сама. Примерно так же, как в сталинский период сгребала в расстрельные рвы разного рода «троцкистов». Готовых под пытками признаться в чем угодно, хоть в собственном зачатии.

В нынешних реалиях по такому алгоритму появились дела против сообществ «Сеть» и «Новое величие», якобы готовивших теракты на просторах России и даже вываливаясь своими ячейками за ее пределы.

«Новое величие», как выяснили дотошные оппозиционные медиа, помог создать агент ФСБ Константинов. Он же потом всех и «разоблачил». А члены «Сети», как следует из материалов дела, «обсуждали варианты свержения действующего режима и установления анархического государства». По этому поводу журналист «Новой газеты» с ехидцей порекомендовал оперативникам «лучше изучать матчасть». Ибо само название «анархическое государство» – нонсенс.

Но пока эта показуха творилась (возможно, ради ублажения Путина в той манере, когда падишаха обмахивают опахалом от несуществующих мух), – в России возник новый субъект опасности: смертник-одиночка. Явление, которое имеет для любого государства совершенно иную степень угрозы, чем организованные группы. Руководители ФБР и национальной разведки США неоднократно признавались в том, что именно такая категория террористов – подлинный бич нацбезопасности. Их трудно, а подчас просто невозможно вычислить.

Потому что они не входят в какую-либо цепочку, в которой бы провал одного звена влек за собой уничтожение всей структуры в целом. Удара можно ждать отовсюду и всегда. При этом примеры террористов-одиночек, замешанные на социальном протесте, могут стать вполне заразительными в России. По крайней мере для той части ее общества, которая не пропиталась духом «выученной беспомощности».

Сегодня именно шахиды-славяне могут стать (да, собственно, уже и становятся) новой российской реальностью. Потому что мотивация их действий, в отличие от мотивации каких-нибудь религиозных фанатиков, вполне понятна обществу.

Никакого «Аллаху акбар!». Все предельно просто: справедливая жизнь без тирании ФСБ и колоссального социального неравенства, при котором одни откровенно жируют, а вторые влачат жалкое существование за чертой бедности.

Тот, кто знает, что на долю 10% самых обеспеченных людей России приходится 82% всего личного богатства страны, поймет, за что погиб Михаил Жлобицкий. Как поймет, что он в этой борьбе молодых – первая, но не последняя жертва. Это новый тренд. Созданный путинским режимом, он может стать если не главным, то одним из его могильщиков.