ИноСМИ: пристальный взгляд на учения «Славянское Братство 2017». ФОТО

ИноСМИ: пристальный взгляд на учения «Славянское Братство 2017». ФОТО

Анализ показывает нечто иное, чем заявленные антитеррористические учения «Славянское братство», констатирует американское издание Medium Corporation.

С 6 по 14 июня в Белоруссии состоялись третьи ежегодные учения «Славянское братство» с участием представителей вооруженных сил России, Белоруссии и Сербии. Министерство обороны России заявило, что целью учений является отработка совместных действий с Белоруссией и Сербией по борьбе с международным терроризмом.

Заместитель командующего учениями «Славянское братство 2017» со стороны России, полковник Алексей Сгибнев выступил с официальным заявлением о том, что задачами данных антитеррористических учений  были многонациональное батальонное боевое слаживание и марш на местности, пересечение водных преград, переброска войск и вооружения с использованием самолетов Ил-76, обучение по контролю территории и сценарии, которые включают в себя освобождение зданий, захваченных террористами, спасение заложников и эвакуация раненых.

Несмотря на риторику об антитерроризме, расследование с использованием открытых источников и военный анализ этого учения являются причиной скептицизма в отношении этого определения. Оборудование и тактика, используемые во время этих учений, чаще всего связаны с операциями против повстанческих сил или крупномасштабными военными конфликтами, а не с узкоспециализированными контртеррористическими операциями.

Слишком много для небольшого конфликта

Доказательства показывают, что часть вооружения, используемого в учениях «Славянское братство 2017», не соответствует быстрому и высокоточному подходу, связанному с усилиями по борьбе с терроризмом.

Например, БМД-2, боевая машина пехоты, предназначена для борьбы с большим количеством хорошо оснащенных пехотных или других бронированных машин. Эти машины выполняли боевые стрельбы из штатного вооружения во время учений, хотя обычно они не использовались бы в районах с гражданской инфраструктурой из-за возможности нанесения сопутствующего ущерба.

Зенитная установка ЗУ 23-2, установленная на грузовике Урал 4320, также была показана во время учений. Наличие этого вооружения подразумевает то, что террористы будут иметь собственные самолеты.

Тактические реалии

Ряд тактик, используемых в учениях, не соответствуют характеру контртеррористических операций. Ниже приводятся четыре примера тактики, которые чаще всего используются в более масштабных конфликтах.

Охранение конвоев применяется для перевозки большого количества боевых войск на недружественной территории. Эта тактика используется для вторжения или защиты больших территорий, а не для борьбы с террористическими атаками.

Тактика высадки войск водным способом используется для вклинивания на вражескую территорию и предназначена для достижения неожиданного эффекта на войска противника. Такая тактика обычно не используется на дружественной территории из-за снижения скорости и повышенной уязвимости. Необходимость внезапного нападения использованием тяжелой артиллерией редко встречается на дружественной территории или ограниченных контртеррористических операциях.

Воздушные операции используются для высадки войск на территории противника. Использование такой тактики во время учений «Славянское братство 2017» предполагает участие войск в операциях за линией фронта на территориях противника, где действия наземных войск ограничены.

Подразделения, участвовавшие в учениях «Славянское братство 2017», использовали тактику фронтальных атак, поддержку пехоты и наступательную тактику, которая используется для подавления и нейтрализации противника, что мало учитывает побочный ущерб. Другими словами, подход предполагает тотальный конфликт с сосредоточенным противником, и, следовательно, вероятность сопутствующего ущерба высока.

Во время нападения на лагерь террористов, одни войска постоянно подавляли врага огнем, а другие атаковали. Примечательно то, что войска, похоже, не применяли тактику операции с освобождением заложников.

Все это говорит о том, что войска атаковали регулярные вражеские войска, а не группу террористов.

Наступательные операции

Вооружение и тактика, используемые российскими, белорусскими и сербскими вооруженными силами во время учений «Славянское братство 2017», были бы более уместны для борьбы с организованными вооруженными силами, а не с террористическими группами. Даже противоборствующие силы, участвующие в сценарии учений, были вооружены автоматическими винтовками, пулеметами и противотанковым вооружением, что свидетельствует о том, что было имитацией регулярных войск предполагаемого противника.

Из открытых источников, доступных про данные учения, не было обнаружено четких признаков отработки специальных антитеррористических операций или операций по спасению заложников. Основная часть подразделений прибыла из 76-й или 104-й воздушно-десантной дивизий, базирующихся в Пскове, 38-й отдельной воздушно-десантной бригадой спецподразделения Беларуси и специальной бригадой Сербии. Основная задача данных подразделений - проникнуть на территорию противника, закрепиться и удерживать плацдарм до прибытия обычных войск. Кроме того, тактика, используемая подразделениями в учениях «Славянское братство 2017», была наступательной, как будто основной целью было проникновение на враждебную территорию.

Вывод

Учитывая эти факты, учения «Славянское братство 2017», похоже, являются традиционным военным учением, а не контртеррористическим. Этот сценарий больше подходит для проведения операций в чужой стране или в регионе, где действуют повстанческие силы, что похоже на текущие операции России в Сирии или Украине.

Medium Corporation, перевод группы ИС