Неиспользованный оборонный потенциал: денег нет, но вы держитесь

Неиспользованный оборонный потенциал: денег нет, но вы держитесь

Начнем с обширной цитаты из свежего интервью главы парламентского комитета по вопросам национальной безопасности и обороны Сергея Пашинского изданию «Лига.net»:

«Что касается бюджета на будущий год: есть такое понятие, как стандарты НАТО. Это не просто слова, а бюджетный норматив. Это значит, что минимум 25-30% бюджета Вооруженных сил должны идти на модернизацию и закупку новой техники. У нас в бюджетах, например, 2013 года 95% всего оборонного бюджета шли на денежное содержание и материальное обеспечение. Сейчас же мы почти 15 млрд. гривен выделяем для государственного оборонного заказа и модернизацию техники. И если мы добьёмся, что их выделят и потратят по назначению - это и будет главный элемент реформы Вооруженных Сил по стандартам НАТО.

Я ведь так эмоционально реагирую на подонков и полезных идиотов, которые защищают деньги Януковича именно потому, что в бюджете этого года программы по модернизации армии должны были реализовываться именно за счет средств, полученных от спецконфискации. В результате мы программу по гособоронзаказу и модернизации вооружений в этом году выполним, в лучшем случае, на 20-25%. И это персональная ответственность тех, мягко говоря активистов, которые вылазят на трибуну и телеэфиры и рассказывают, что Пашинский придумал закон о спецконфискации, чтобы какую-то коррупцию прикрыть».

Как отмечает тот же Пашинский, сегодня сложно найти подразделение на фронте, которое было бы обеспечено необходимыми ВВТ хотя бы на 70-80%. Это прямое следствие невыполнения гособоронзаказа на 2016 г.

Блокирование закона о спецконфискации приводит к тому, что украинская армия снова переходит в режим проедания, а украинские военные заводы простаивают.

Интернет пестрит позитивными новостями об успехах отдельных производств. Например, Изюмский приборостроительный завод в 2016 г. нарастил производство в полтора раза по сравнению с прошлым годом. Такие же показатели у КБ «Ивченко-Прогресс».

Но, например, Житомирский бронетанковый завод, который также вышел в плюс, столкнулся с большими трудностями из-за отсутствия должного финансирования и неясной процедуры привлечения средств для военных предприятий под госгарантии, обещанные Кабмином.

Как следствие возникает странная ситуация.

В воюющей стране, которая просит помощи в виде летального и нелетального оружия, собственные возможности используются на 20%. Одна из причин – отсутствие денег. Вторая – забюрократизированность процесса, блокирующая развитие частной инициативы.

Во всем мире производство оружия – это прибыльный бизнес с чрезвычайно высокой конкуренцией, стимулирующей постоянное совершенствование. В Украине частные сектор уже производит, по разным оценкам, 40-60% продукции военного назначения. Между тем частные компании существуют на правах «бедных родственников», которым гораздо сложнее сотрудничать с тем же МО, чем госпредприятиям.

Локомотивом отечественной оборонки является госконцерн «Укроборонпром», в структуру которого формально входит 133 предприятия. Однако часть из них осталась на оккупированной территории. Еще часть пребывает на такой стадии упадка, когда сложно говорить о каком-то потенциале.

О реформе ОПК в целом и «Укроборонпрома» в частности говорят давно и много. Тем не менее, дальше планов и концепций пока дело не идет. Упоминавшийся Сергей Пашинский, который с 2014 г. возглавлял наблюдательный совет «Укроборонпрома», принял решение оставить этот пост, чтобы сконцентрироваться на реформе госконцерна, исключив конфликт интересов. Данная задача обозначена в качестве важнейшего приоритета.

Вторым приоритетом, по мнению участников рынка, должно быть изменение правил игры.

Во-первых, давно назрела необходимость принятия Госпрограммы развития вооружений и ВВТ на период до 2020 г. Без этого документа остается незавершенным процесс оборонного планирования, прописанного в законодательстве.

Во-вторых, нужна либерализация рынка ВВТ. Чтобы частные производители имели возможность работать не только на внутреннем, но и свободно выходить на внешние рынки. Сложно рассчитывать на то, что в отрасль пойдут какие-то системные инвестиции, если продукцию будет нужно продавать через узкое горлышко спецэкспортеров.

В-третьих, необходимо создать условия для модернизации предприятий оборонного сектора. Наглядный пример сегодняшней ситуации описал народный депутат Дмитрий Тымчук.

Сегодня украинским производителям БТРов и бронемашин выгоднее закупать броню в Бельгии или Польше. Потому что отечественные металлурги – та же «Азовсталь» - не обеспечивают нужного качества. Броню приходится дополнительно обрабатывать, после чего она становится дороже импортных аналогов. И так по массе позиций.

«Укроборонпром» отрапортовал, что в Украине научились производить 900 деталей, которые ранее импортировались. Это обеспечило дополнительные заказы, в том числе – харьковским предприятиям. Есть шанс, что в следующем году заводу Малышева закажут партию танков «Оплот». Однако в целом украинские предприятия продолжают жить на разработках прошлого века, используя для изготовления своей продукции станки и оборудование времен «холодной войны». В 21-м веке этого багажа будет явно недостаточно, чтобы эффективно конкурировать.

В-четвертых, необходимо урегулировать вопрос с офсетом технологий. Украина покупает и получает помощь в виде ВВТ, которые в дальнейшем нужно обслуживать, модернизировать. Финансировать рабочие места за рубежом – это не очень по-хозяйски. Учитывая перспективный масштаб модернизации армии, по целому ряду позиций ВВТ имеет смысл ставить вопрос о создании совместных производств в Украине. Не только для обеспечения нашей армии, но для последующей работы на рынках третьих стран.

Таким образом, пора что-то менять в области отношения к «оборонке». 20% выполнения гособоронзаказа – это уже не звоночек, а набат. Очевидно, многие забыли, что настоящая война у нас на Донбассе, а не в Киеве. И критерием поведения политиков должен быть успех армии, а не мелкие победы в статусных играх на Печерских холмах.

ИС-Харьков